Моя Люсия

Обсуждали невероятную новость – у них появился лекарь.

– Вот если б ещё и с даром, а не просто травница…

– Ты что, она же шлюха. Разве девушка с Даром до такого опустится? Да ни в жизнь!

– Уверены, что она из таких? Может, с волосами просто беда приключилась? Клеймо ведь никто не видел, – подала голос одна из женщин, но её не слушали.

– А если ей нравилось?

– Тогда бы не попалась!

– Хорошенькая такая, надо заглянуть в гости!

Мужской гогот заглушил скрип стула, на который устало опустился староста.

Заметив его присутствие все затихли, но ожидание затянулось. Старый Сэм не спешил говорить, обводя взглядом присутствующих.

– Эй, Сэм, так что там за рыжая цыпочка? – подал голос самый нетерпеливый, и остальные согласно загудели.

Бывшим матросам, пиратам и выжившим бандюганам было особенно интересно – не так часто в их края заносило таких молодых и красивых девушек. Да и женщин, в общем-то, тоже.

До появления этого сурового мужчины судьба тех немногих была незавидна. Их брали все без разбору, частенько ещё и устраивая драки меж собой.

Теперь женщина сама могла выбрать себе нескольких мужей. И каждый надеялся стать тем счастливчиком, которого изберет новенькая – молодая, красивая, да ещё и наверняка многим премудростям наученная. Поэтому слова мужчины были для них подобны взрыву в пороховом трюме:

– Люсию вы не получите.

Жесткие, уверенные слова потонули в возмущенных криках.

– Успокойтесь сейчас же! – крикнул высокий, темноволосый парень, стоявший у двери.

 – Попробуйте напрячь память, и вспомнить, как зовут дочь Сэмюэля?

– Рыжая… Люсия?

– Твой Солнечный Зайчик, Люсия?

– Неужели она?

– Сэм, как же её так угораздило?

– Похоже, плохо ты знал свою малявку!

Сразу посыпались вопросы, ведь каждый знал о горячо любимой девочке, оставшейся там, на далёком берегу. Только мало кто верил, что дочь матроса могла остаться такой же невинной, как в детстве.

Староста вздохнул, снова пройдя взглядом по комнате, словно желая проникнуть в душу каждого, донести до них свое требование.

– Как именно всё случилось, я пока не знаю. Подозреваю, это делишки жирдяя и его братца-судьи. Они и вправду клеймили мою малютку… Ещё и проклятой печатью. Поэтому попрошу вас избегать прикосновений. От слова «совсем». И тогда Люсия останется тут и будет помогать нуждающимся.

– Проклятая печать? Это как? – заинтересовался Николас, один из самых молодых парней. Он был юнгой до бури, закинувшей его на остров.