Сны Синего Города

В ту же секунду Грэм беззвучно сорвался с места и подбежал к пеньку. Нужно все сделать незаметно, а то не сработает! Дотронулся пальцами до влажного темного пня, погладил горку проступившего сквозь трещины в дереве нежного мха. Осторожно вытащил из внутреннего кармана куртки пустой пузырек, который накануне дал ему Тээм, и накапал в него остывшего кофе из щербатой чашки. Ох, надеюсь, этого хватит, подумал он, следующий шанс только через год… а это может быть уже поздно. Проверил на свет: содержимое выглядело неплохо, и Грэм аккуратно закупорил емкость и спрятал обратно в карман.

Затем тихонько, чтобы господин Зондер его не заметил, стараясь не наступать на зачатки прорастающего повсюду газона, он вернулся в свое укрытие, где наконец смог отдышаться.

Меньше часа спустя Грэм встал на пороге белой хижины и постучал несколько раз, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу в ожидании.

– Тээм!! Я принес! – крикнул он.

– Ну что кричишь? Знаешь же, я в это время суток еще сплю, – послышался ворчливый голос.

Однако через минуту недовольная физиономия Тээма все же показалась из-за двери. – Давай, – сказал он. – Я ж понимаю, что нужно быстро работать, пока не улетучилось. Приходи завтра, все будет.

Мальчик осторожно вытащил из кармана пузырек и протянул его Тээму. Тот открыл пробку и сделал глубокий вдох.

– Ммм, аромат первого летнего дня! Да еще и усиленный неплохим кофе. Хорошо, – одобрительно произнес он. – Это точно поможет.

– И он снова сможет писать свои картины круглый год?

– Определенно.

Только дать средство нужно вовремя. Как только закончится лето, ни днем раньше, ни днем позже, понял?

Грэм коротко кивнул и умчался по своим делам, зная, что Волшебству мешать нельзя. А то не получится.

Мартин и Марта

Они сидели на залитом лунным светом пирсе и болтали ногами. Мартин бодро прихлебывал умбурский эль из темной бутыли, запасливо прикупленный на Торговой улице в середине дня. Длинные тонкие ноги Марты время от времени касались теплой воды. В штиль летней ночью очень хорошо, так сидел бы и сидел, глядя на звезды.

– Мы с тобой как братишка и сестренка, Мартин и Марта. Ты моя Гретель, а я твой Ганс, – с теплотой в голосе произнес он и приобнял ее за худые плечи.

– А потом мы заблудимся в лесу и нас сожрет злая колдунья?

– Ты неисправимая негативистка, – усмехнулся Мартин и поднял глаза к небу. Иссиня-черное полотно было испещрено кристалликами звезд, а прямо над ними светилась растущая луна. – Может, она добрая.