Судьба Волка

– Ты не можешь так говорить, – обвиняюще сказала я, осмелев. – Он не сделал ничего плохого, он умирал!

Остин сердито сверкнул глазами.

– Люди всегда приносят лишь несчастья, – сказал он, многозначительно посмотрев на меня.

Лавина тихо зарычала.

– Но мы не можем послать его навстречу смерти, – возразил Лео.

– Хочешь, чтобы он отправил нас навстречу смерти? – подала голос Вероника.

– Я всего лишь хочу быть гостеприимным, – ответил Лео спутнице.

Дамиан зарычал, привлекая внимание стаи. Все дружно, как по команде, повернули головы в его сторону.

– Не забывайте, что решения здесь принимает вожак, – напомнил он.

Атилла кивнул своему советнику и сказал:

– Я пока не решил, оставлю я его или нет. Анета, ты можешь с ним поговорить? – спросил он.

– Не знаю, – замялась я и потупила взгляд. – Я ведь никогда не говорила с людьми. И он все еще слаб.

– Что с ним? – спросила Веста.

– Он замерз, – смущенно ответила Силия. – Но теперь с ним все в порядке, мы его согрели.

Остин низко зарычал и, казалось, хотел напасть на собственную сестру. Веста рявкнула на него, заставив замолчать.

– Вероника растила вас не для того, чтобы вы друг друга поубивали, волк, – сказала она, сверкнув клыками.

Остин извиняющимся взглядом посмотрел на сестру.

– Подождем, пока он проснется, – решила Веста.

Некоторые волки улеглись, другие продолжали сидеть – но никто не покинул свое место. Мы стали ждать. Прошел час, два, три. Волки упрямо, как бараны, продолжали ждать.

– Не обязательно ждать его всей стаей! – процедила я, намекая на то, что они могут разойтись. Как об стену горох! Никто не двинулся с места.

И тут случилось то, чего все так ждали. Сзади послышался хруст снега, и из логова вышел мальчик. Тот самый мальчик, которого мы спасли. Он посмотрел мне прямо в глаза. На миг мне показалось, что он заглянул мне в душу, заставив сердце биться чаще.

Он обвел волков взглядом, и ни один нерв не дрогнул на его лице. Храбрый мальчишка! Если бы я была на его месте, я бы тут же рванула отсюда, подальше от свирепых волков.

Но он этого не сделал. Вместо того чтобы убежать, он стоял и глядел на волчью стаю. Даже мои сородичи, совсем недавно требовавшие его немедленного ухода, во все глаза уставились на человека. Все молчали, как будто вдруг онемели.

Я осмотрела мальчика. На нем были кофейные шкуры, широкие брюки цвета индиго и обувь из темной кожи. Я подняла глаза на его лицо.