Мой. Господин

Фигура его проигрывала в рельефности Антону, но именно эта обычность и заводила её, заставляя раз за разом представлять, как он будет брать податливое женское тело, готовое на все, лишь бы доставить своему партнеру неземной кайф.

– Ты крутая! Давно у нас не было достойных соперников. – пока Галина мечтала и разглядывала стройного брюнета, он приблизился почти вплотную к только что познакомившимся молодым людям.

– А.. – встрепенувшись, Галя поняла, что смотрела на него с полуоткрытым ртом, а в трусиках началось настоящее наводнение.

– Это Галина, кстати. – прервал беседу Антон.

– Угу. – Кирилл отвернулся и только перед выходом, сильно толкнув дверь, тихонько бросил: – Ты же мечтал полежать на гальке, да?

Антон сделал вид, что не услышал этот выпад, а может и правда не услышал. Зато Галя услышала, и эта невзначай брошенная фраза резанула по сердцу раскалённым металлом.

– Он у нас бука. Замкнутый немного, но вот когда все свои, он душа компании. Ладно, хватит о других, давай поговорим о нас.

– О нас? – ехидно переспросила Галя.

– Ну, я имею ввиду, наш прерванный разговор. – А он умел грамотно съехать с неудобного вопроса, отметила про себя Галина.

– Да, конечно. Надеюсь ты на меня не в обиде. Мы девочки, такие девочки, так что не обессудь

– Да без проблем, главное, чтобы я ничем тебя не обидел. Блин, кажется, ведущая объявляет что-то.

Так и было. Музыка за дверью стихла и доносился приглушённый голос ведущей.

– Галя, могу я пригласить тебя после мероприятия на свидание?

– Возможно! – многозначительно отмахнулась она.

Сказав это, Галя выпорхнула из-под руки Антона и быстро выскочила в зал. Вокруг суетились участники и официанты. Все спешили занять свои места. Подойдя к своему столу она в который раз за вечер остолбенела. За их столиком сидел Кирилл и мило болтал с Мариной, которая уже поглаживала его по руке. Остальные подружки заливались весёлым смехом от его колких замечаний по поводу внешнего вида некоторых участников.

– А говорят, вы, молодой человек, довольно скромны и молчаливы. – она специально придавала голосу интонацию надменной светской львицы. – И это, кстати моё место, уступите, пожалуйста, даме.

– Прошу простить… мадемуазель. – он специально сделал такую паузу, это было понятно по ехидной искорке в карих глазах.