Теория коллапса

Тогда получается…

Он нашёл себе девушку, но не хотел говорить, потому что мы его собирались женить. Тогда он, чтобы заработать, помог выкрасть и перевезти тело покойницы. Затем получил деньги за работу и в этот же день женился. А потом получил по голове и был ограблен. Кем-то, кого он знает.

Или… инсценировав, собственное ограбление и создав алиби, скрыл таким образом ещё какое-то преступление?

Вообще ерунда получается.

Почему он меня не познакомил с этой девушкой сразу? Не такая я уж и ведьма, чтобы не принять девушку, на которой хотел жениться мой сын.

Тем более, что только об этом и мечтала.

И ещё: что у него за неотложные дела, что он бросил всё?

Он же никогда комнаты не покидает без причины. А тут уехал в неизвестном направлении. Неужто, у него большие проблемы?

Или его хотят убить?

Стоп.

Он решил уехать сразу же, как увидел Никиту.

Возможно, этот Никита, вовсе не журналист… И тогда, сыну грозит ещё большая опасность.

И мне тоже.

Как этот подлец, Никита, всё выспрашивал, а?

Нужно сделать вид, что ничего не подозреваю.

Нужно молчать и никому ничего не говорить.

С этим намерением я вышла с почты. Никита тут же подбежал ко мне.

– Ну что?

– Ничего, – покачала я головой. – Ушёл куда-то. Наверное, пошёл в тихое место, любоваться своей посылкой. Вернётся домой, я с него шкуру спущу, – пообещала я, уверенная, что так и сделаю.

– Но записка… – начал было Никита.

– Какая записка? – переспросила я. – А, та записка… Он мне такие записки постоянно пишет.

У него ж афазия тяжёлой формы. Я к этому привыкла. Придёт домой, как нагуляется.

– Тогда… когда могу к вам ещё подъехать? – спросил Никита.

– Зачем ехать? – удивилась я. – Всё что знала, всё рассказала. Нечего вам в наши семейные проблемы лезть. Семейные проблемы, на то и семейные, чтобы их семья решала, а не посторонние люди. А как статью напишете, вы позвоните, чтоб я газетку-то купила. Нашим клавам показать…

По дороге с почты зашла в магазин, чувствуя, что за мной кто-то следит.

Руки тряслись, но я старалась как можно меньше показывать волнение. Набрала в корзину хлеб, батон, колбасу, подумала, и опустила на дно корзины бутылку водки.

Кассирша при виде меня криво усмехнулась.

– Что Дашка, за старое? – поинтересовалась ехидно, косясь на мои руки.

– Тебе-то что? Ты это, пробивай давай.

– Смотри Дашка. Муж насовсем уйдёт. Зачем ему жена-алкоголик, когда свободных и нормальных баб пол деревни, – стервозно сказала кассирша.