Междумирие. Тайна о тринадцатой

Мы прикладываем огромные усилия, чтобы ты как можно скорее выздоровела… что такое? Тебе опять что-то сказали?

– Нет, – перевела я взгляд на психиатра.

– Ты устала? Хочешь пойти в палату?

– Да.

– Ступай, – улыбнулся доктор, плотоядно сверкнув змеиными глазами.

Дыхание от этого перехватило. Я опустила взгляд и, стараясь не смотреть на дока, направилась к двери.

– Таиса, – позвал психиатр, – если тебя будет что-то волновать, говори медсестре. Если меня не будет в больнице, я предупрежу, чтобы мне звонили.

Я угрюмо кивнула.

Рядом плелись Ира и Настя. Остальные галлюцинации были в палате.

Я не знала, как избавиться от них. Я пила таблетки, убивая организм до беспамятства, лишь бы только не видеть ИХ. Но они преследовали меня везде, куда бы я ни шла, сводя с ума и вводя заблуждение. Выбивая из-под ног и так тонкую веру на выздоровление. Вот и сейчас эти уродливые окровавленные фигуры, которых вижу только я, назойливо убеждали, что Александр Витальевич мне лжёт.

ГЛАВА 7

Жуткое треньканье разнеслось по моим шшшикарным апартаментам. Я не успела присесть и порадоваться, что дома. Что избавилась от мрачного обгорелого «победителя по жизни». Что меня не покусали собаки, от которых пришлось удирать во все лопатки. Ира с Настей вместо того, чтобы помочь, ржали как ошалелые и подстрекали собачек бежать быстрее. Всю дорогу до дома я не разговаривала с призраками и решила: выгоню всех на фиг! И вот мой зад был на полпути к дивану, а я сама облегчённо вдохнула спёртый воздух непроветренной квартиры.

Жуткий трень повторился.

О, психиатрия! Что это ещё такое?!

– Чё, оглохла? – поинтересовалась Дашка, парившая в воздухе над ухом. – В дверь звонят.

Это что-то новенькое!

В «дверь» не звонили уже лет десять. Звонок кто-то сорвал. На его месте из стены торчали оголённые проводочки. Все, кто хотел ко мне попасть, колотили либо по двери, либо по её ручке.

– Кто это?

– Какой-то незнакомый мужик, – ответила Дашка, поправляя рыжеватые кудри, не отрываясь от сериала.

– Мужик? – заинтересовалась Ира.

– Он живой и некрасивый. Не в твоём вкусе! – осекла невесту Настя.

– То, что живой – это не проблема! Это легко решается смертью.