Междумирие. Тайна о тринадцатой

Я смотрю на них, на своё тело, которое заталкивают в машину скорой. Снова на них…

Они исчезают прямо в воздухе.

Что за ерунда?!

Вон же они лежат, закрытые чёрной клеёнкой.

Как они могут раствориться в воздухе?!

– Быстрее, быстрее, – торопит фельдшера мужик, который нёс меня на руках.

– Заткнитесь, пожалуйста, и не мешайте! – настойчиво огрызается фельдшер, приоткрывая моё веко и кричит медсестре:

– Лариса! Едем.

В машину запрыгивает женщина лет тридцати пяти и захлопывает дверь. К моему телу подключают пикающие аппараты.

– Пульс очень слабый, – хмуро сообщает фельдшер.

– Что делать? – интересуется медсестра.

– Что, ты не знаешь, что делать? – огрызается он и добавляет уже спокойнее, – кровь останавливай.

Покосившись краем глаза на табло, врач заторопил:

– Пульс падает… Готовься делать массаж.

– Что мне делать? Массаж или останавливать кровь?

– Ты что, блин, совсем тупая? – не выдержал фельдшер.

– Не ори на меня! – рявкнула в ответ медсестра.

В этот момент аппарат протяжно запищал и выдал прямую линию.

– Сердце остановилось. У нас восемь минут… – уже более спокойно сообщил фельдшер. – Готова?

– Да, – хмуро ответила медсестра.

– Готовь «грушу»… – скомандовал мужчина и крикнул водителю. – Ты можешь ехать быстрее?

– Да тут пробка со съезда МКАДа, – начал оправдываться водитель. Я не виноват.

– Врубай звук с сигналкой и по встречке. Тут пару минут до больницы. Можем успеть реанимировать.

– Да.

– Хорошо. Давай! – кивнул он.

Когда машина въехала на территорию больницы, на улице ожидали два санитара с каталкой. Фельдшер распахнул двери и оповестил:

– Всё!

– Что «всё»? – не поняли его.

– Время смерти 14:26. Можно везти в морг, – хмуро оповестил фельдшер. – Это… зафиксируй время смерти.

Его коллега обречённо таращилась вдаль, находясь в прострации.

– Ж-ж-жесть! Всего-то две минуты.

Фельдшер сидел на подножке машины, хмуро наблюдая, как тело накрывают и увозят. Достал сигарету. Закурил. Медсестра к нему присоединилась.

– Ко всему привыкаешь. К крови, к мозгам, размазанным по асфальту? Но когда умирают дети… – женщина задумчиво выдохнула сигаретный дым и медленно произнесла: – у меня сын его возраста.