Покой

Компенсируя редкость применимости потенциала, Андрэ не вылезал с охот, и однажды стал свидетелем несчастного случая, произошедшего с человеком. Без приказа, по собственной воле он решил применить свой потенциал – и это сработало. Он помог человеку, не имеющему никакого отношения к потенциалам: и от этого вся организация оказалась под угрозой раскрытия. Никого, конечно, не раскрыли, но после того случая Андрэ больше никогда, вплоть до смерти, не смог реализовать свой потенциал. Были случаи, когда он был последней надеждой для наших – но ему больше никогда никого не удалось спасти.

Положа руку на сердце, к истории Андрэ я относился как к легенде, суть которой: думай о том, что делаешь. Как и к истории Крушины, чью душу аналитики предполагали сегодня найти. Та тоже, обладая потенциалом бесконтактного убийства, никогда им не пользовалась и шла врукопашную – за что и поплатилась.

И всё же, я мог понять главу, если бы он хотел найти Крушину – это потенциал, старый товарищ, все дела. Но если права Ё-на, то что намерен глава делать с человеком?

Потрясенный этой мыслью, я смотрел на объект.

В ослепительном свете палаты, без суеты, крови и тряски она выглядела иначе. Мне казалось, она выше ростом. По референсу мы искали блондинку, но волосы у неё средне-русые и вьются на концах – колечки выбиваются из-под свежей перевязки. На бледном лице расцвели синяки, под глазами глубокие тени, в уголке губ запеклась кровь. Фиксатор шеи, подключичный катетер, провода датчиков, свежий гипс на левой руке. В темноте она казалась подростком, но сейчас я вижу, что мы – ровесники.

Оглядываюсь на Рея, стоящего от меня в двух шагах: на его лице под маской абсолютное смятение.

– Что скажешь? – тихо, чтобы не слышала Ё-на, интересуюсь у него.

Новые вводные поразили его настолько, что он приподнимает маску и кидает взгляд на кровать. Лицо моментально искажает отвращение.

– Гниль.

Невероятно.

Но теперь это можно даже попробовать объяснить: если девушку вернула к жизни сила Андрэ, то понятно, почему Рей ощущает её мёртвой – энергетически она мертва с тех самых пор.

Впрочем, это не исключает и второго предположения: если в тело подселилась душа Крушины, она тоже не будет опознаваться живой.

Все равно не верится. В подселение души – захват Крушиной нового тела – пожалуй, я поверил бы с большей вероятностью. Судя по рассказам, это было вполне в её духе: отзывались о ней как о крайне эгоистичной и сволочной натуре, которая всегда и всем шла наперекор.