Путешествие к Святому носу

Иногда мне кажется, что, была бы моя воля, я собрал бы всех этих людей (конструкторов), придумавших и продумавших (как они считают) кресла в самолетах экономкласса, и понемногу бы расстреливал. Каждый день. Раз за разом. День за днем. Эти сиденья просто физически не предназначены для удобства. Даже армейские табуретки могли дать им фору в уровне комфорта (конечно же, при определенных обстоятельствах). Спина болела жутко, и это все при том условии, что я умудрился найти в самолете три соседних свободных места и улечься в более приятное горизонтальное положение.

Нет, все же эти кресла были созданы исключительно для мучений, как ни крути. В самолете было достаточно свободных мест, чтобы моему примеру последовали Рома и Саша. Оказалось, что это направление не было таким популярным у туристов в курортное время года. Самолет поднялся в воздух полупустым. Или наполовину полным. Ну дальше вы сами знаете…

Так вот. Прокрутившись в таком лежачем положении полночи, я умудрился почти заснуть лишь в один-единственный момент.

Естественно, когда бортпроводники пошли по салону с тележками, опрашивая всех об обеденных предпочтениях.

– Мясо, – сквозь зубы процедил я симпатичной, но очень раздражавшей меня в данный момент девушке, поднимаясь в вертикальное положение.

– Хорошо. – Она невозмутимо кивнула, и уже через несколько секунд я пристально изучал множество разных хорошо упакованных тарелочек на своем подносе.

Заснуть после этого мне так и не удалось, и не мне одному. Рома с Сашей, судя по их красным глазам и помятым лицам, провели эту ночь примерно так же.

Но настроение у нас было весьма бодрым. В том, что человек сам способен себе его задавать, сомнений нет, а делать это мы умели. Тем более что предвкушение отпуска и новых ощущений такому лишь способствовали.

И здесь я вынужден признаться…

Да, я это сделаю. В реальной жизни от меня вы вряд ли такого добьетесь. Такие слова я стараюсь не произносить ни себе перед зеркалом, ни перед своими друзьями, ни тем более перед незнакомыми людьми, читающими эту дребедень.

Конечно, сказать, что я боюсь летать, будет не совсем правильным. Ведь дело не совсем в этом. Сам по себе полет – это очень захватывающий и интересный процесс. Это бесспорно. Я не боюсь летать, просто я не люблю высоту. О, ничего себе… Сказал… Оказалось, что писать об этом на бумаге намного проще, чем говорить словами. Бумага поистине стерпит все.

Да, мне не нравится высота. Не нравится тем, что она убийственна. Она делает больно.