Перекрыть

Лишние вопросы по поводу смерти приятеля не последовали то ли оттого, что боялась услышать ответы на них, то ли просто опустила руки. Не стала спрашивать и о том, почему Максим не пытался связаться с ней, хотя родственники явно доложили о её принудительной госпитализации. Этот день, и без того унылый, сильнее омрачать не хотелось. А что хотелось – так это забыться, расслабиться, уехать в новое место и начать жизнь с чистого листа. Но обстоятельства не позволяли, поэтому девушка изо всех сил пыталась сконцентрироваться на предстоящих делах, не позволить печали разрастись и заполнить сердце до краёв.

«Смогу ли я когда-нибудь проснуться от этого кошмара?» – первое, о чём подумала, добравшись до ванной.

Пусть знакомство с Августином и не продлилось долго, но его гибель оставила глубокую рану в душе. Вдруг вспомнилось, как мужчина не бросил её на одной из улиц Фосфоритного, когда их преследовало нечто… Или всё же ничто?

«Может признаться хотя бы себе?» – тяжело выдохнув, она сдвинула бежевую шторку.

Потом сняла джинсы, перешагнула через сползшую к ногам белую хлопковую рубашку и встала под душ.

– Почему именно он… И почему мы не встретились раньше? – произнесла едва слышно.

Порой воспоминания невозможно остановить, и сейчас они текли рекой, переливаясь одно в другое. Даже сильная струя горячей воды не помогала проснуться окончательно, всё вокруг казалось таким ненастоящим и чужим. Катя не услышала, как открылась дверь, но почувствовала характерное дуновение прохлады.

– Максим?

Отсутствие ответа привело её в замешательство, и она повторила вопрос.

И снова всё, что слышала – шум воды. Смахнув рукой пену от шампуня с лица, она повернула кран. Но как ни напрягала слух, ни одного постороннего звука не уловила.

– Дорогой?.. Ты здесь?

Тишина. Ссылаясь на свою мнительность, Катерина хотела было снова включить воду и смыть шампунь, как вдруг увидела тень на шторке. Кто-то точно находится здесь, с ней в одной комнате. До ужаса близко. Затаив дыхание, девушка присела и закрыла уши руками.

Чувствовала, что её начинает трясти, но пыталась вернуть самообладание.

– Макс! Иди сюда скорее! – закричала так громко, как только могла.

Хотелось заплакать, но не получилось. Поймав себя на очередной слабости, потрясла головой, словно отгоняя наваждение. Нет, мысли прочь, показалось! Показалось! Разве происходящее – не очередная иллюзия? Не игра больного разума? Чтобы убедиться, нужно только открыть глаза и посмотреть на ткань снова.