Перекрыть

Схожие мысли окутали сознание: гостей никто не ждал, а у хозяина дома с собой ключи. Показался странным и сам стук, ведь чтобы добраться до входной двери, сначала нужно открыть калитку, что заперта на ключ и задвижку.

Катерина подошла к сумке, что лежала на диване, вытащила перцовый баллончик, сняла пластиковый предохранитель, словно это средство самообороны действительно могло бы помочь в борьбе с потусторонним. Мужчина же, соответствуя настрою своей напарницы по несчастью, зашёл на кухню и снял с магнитной ленты шеф-нож.

– К-кто это? – дрожащим, но громким голосом спросила девушка.

– Здравствуйте, я разговариваю с, – снаружи послышался шелест бумаг. – Карповой Екатериной Владимировной? Вас беспокоит курьер ателье «Мода и приключения». Несколько дней уже пытаюсь дозвониться на указанный в анкете номер, но никто не отвечает.

Заказчица охнула, всучила Августину перцовый баллончик и мягко оттолкнула в сторону.

– Здравствуйте…

– Ваш заказ. На примерку мы выделяем 30 минут, я могу подождать вас снаружи.

– Нет, не стоит. Я забираю, спасибо.

– Точно не хотите проверить?

– Сказала же, что нет.

– Понял вас, тогда распишитесь, пожалуйста. Как вы и просили, мы разделили платье на кроп-топ и юбку. Убрали рукава и избавились от нескольких слоев юбки, уменьшив её пышность.

– Верю, что работа сделана качественно, раньше вы меня не подводили, – Екатерина осознала, что в её голосе появились строгие нотки, ощутила, как накатилось раздражение, разгоняемое чувством усталости. И почему абсолютно всё идёт не по плану? – Только вы перепутали даты, я оформляла доставку на следующий понедельник, на четвёртое число.

– Вы, должно быть, совсем забегались с подготовкой, сегодня четвёртое число, – мужчина мягко улыбнулся и убрал подписанные документы в сумку.

Девушка решила не проверять, поверив незнакомцу на слово. Почесала лоб, осознавая, что скоро точно сойдет с ума. Все усилия катились под откос и, если раньше ощущала себя беспомощной и никчёмной, то сейчас самооценка и вовсе пробила дно. Уверенность в своей абсолютной бесполезности, заботливо посаженная родителями и взращенная родственниками, больше не таилась где-то далеко в подкорках сознания.