Тысяча Граней. Инкарнация

Как? Почему? А откуда жертва чувствует, что её держит на прицеле снайпер? Точнее, жертва ничего такого не предполагает, но вот ощущает чей-то недобрый взгляд. Как ты это объяснишь с позиции логики?

– Никак, – поморщившись, ответил я. – Придётся вводить неизвестные и неустойчивые переменные, вроде таких как магия, псионика, аура, душа.

Старик хохотнул. А мне стало не по себе. К чему он ведёт? Зачем вообще говорить о таких вещах? Его же мои таланты интересуют.

С задорным кличем «свииии! свиии!» над нами пронеслась стая ласточек.

– Ладно, – старик хлопнул ладонью по колену, будто ставя точку в разговоре и возвращая моё внимание к себе. – Хочу предложить тебе работу, Шаин. Высокооплачиваемую. Но! Не прежде, чем ты ответишь на единственный вопрос.

Занятно, однако. Никогда прежде у меня не было подобных собеседований. Так уж и быть. Раз уж работа высокооплачиваемая, можно и потерпеть странности работодателя.

– Хорошо, Джахангир муаллим, – я вздохнул.

– Тебе нравится твоя жизнь? – спросил старик спустя мгновение и обезоруживающе улыбнулся.

Кхм. Что за странный вопрос… явно с подвохом.

– Сложный вопрос? – чуть погодя поинтересовался дед, заметив, что я не спешу с ответом.

– Нет. Не сложный. Просто пытаюсь понять, что вы хотите от меня услышать.

– Правду.

Да он издевается!

– Правда у каждого своя.

– Вот и скажи мне свою правду, – усмехнулся Джахангир. – Смелее. В любом случае ты ничего не теряешь.

– Честно?

Эх! Не в моих правилах жаловаться, но дед сам попросил правду.

– Не особо-то и нравится, – я усмехнулся. – В детстве было по-другому. Жизнь была беззаботной, мир воспринимался иначе: он был большой, необъятный, полный загадок и тайн, только и ждущих, чтобы пришёл кто-то вроде меня и раскрыл их. А сейчас… – я махнул рукой в сторону.

– Хех. Ты так говоришь, будто раскрыл все эти тайны и побывал во всех уголках мира.

– Нет, тайны так и остались нераскрытыми. Просто необъятный мир вдруг съёжился, и в рамках этого узкого мира мне остаётся лишь одно и то же изо дня в день, от воскресенья к воскресенью, девять часов в день: работать, чтобы выживать, и выживать, чтобы работать.

Джахангир кивнул. Судя по выражению лица, кивнул удовлетворённо.