Самая секретная свадьба

Коляску покачивало из стороны в сторону довольно ощутимо, и после очередного крутого поворота из ее глубин раздалось гуканье крошечной девочки, завернутой в розовое одеяльце. Николь с усилием улыбнулась дочери, демонстрируя притворное спокойствие, которое, казалось, было готово покинуть ее каждую минуту. Им почти удалось добраться до дома, еще пара минут – и они будут в безопасности.

Повернув за угол, Николь встала как вкопанная. Дорога перед ее домом была загромождена множеством машин. Среди них выделялись фургоны телевизионных компаний, среди которых прохаживались ушлые фотографы с дорогими камерами, болтающимися на шее.

Николь словно оглушили. Единственное, что она слышала, – биение собственного сердца.

Ее обнаружили.

Не теряя ни минуты, женщина стащила с себя легкий пиджак и накрыла им коляску. Она шла быстро, но журналисты оказались проворнее, стремительно окружив ее плотным кольцом. Вспышки камер ослепили ее. Опустив голову, Николь пыталась пробиться сквозь толпу, находясь на грани истерики. Казалось, что кольцо чужаков смыкается вокруг них, грозя раздавить.

Даже присутствие ребенка не могло остановить эту кровожадную свору.

– Ну же, всего лишь один снимок, мисс Дюваль! – крикнул один из папарацци. Его улыбка казалась хищным оскалом. – Вы и без того довольно долго скрывались, не так ли?

Николь плотно сжала губы. Молчание все еще было ее главным оружием. Оставалось лишь надеяться на то, что они, ничего не получив, уберутся восвояси. Неожиданно, но невероятно вовремя раздался гудок автомобиля.

Это был тот самый черный джип. Машина остановилась на подъездной дорожке, а затем начала пробивать себе путь сквозь толпу. Папарацци неохотно посторонились. Воспользовавшись этим, Николь протолкнула коляску к крыльцу.

Наконец она вкатила коляску по ступеням и остановилась перед дверью, пытаясь нащупать в сумке ключи. Журналисты держались на почтительном расстоянии, не смея ступить на крыльцо, – проникновение в жилище без согласия владельца уголовно наказуемо. И все же это было слабым утешением – отныне для нее перестало существовать такое понятие, как частная жизнь.

Николь опустила голову и горько всхлипнула. О, как ей хотелось обернуться и сказать тем людям пару ласковых. Вместо этого она сосредоточилась на поиске ключей – ей не терпелось попасть в дом. Ключи отыскались в кармане коляски. Переступив порог, Николь закрыла дверь на замок, вынула Анну из коляски и прижала к груди. Нежный детский запах всегда успокаивал ее в моменты отчаяния.