За гранью соблазна

– Я послал нескольких парней вдогонку за мисс Дэвидсон-Кан, но, похоже, ее поджидала машина. А это мы конфисковали у одного из газетчиков.

Он протянул ему телефон. На коротком видео Ксандер смог рассмотреть, как его невесту увлекает за собой какой-то мужчина. Таинственный незнакомец обернулся, и, увидев его лицо, Ксандер чуть не зарычал.

Эрос.

Конечно же, его единокровный братец не мог не быть замешанным в этой истории. Со дня смерти их отца и оглашения завещания Ксандер ждал подвоха от одного из двоих ублюдков Зевса Майтикаса.

Учитывая, что в завещании было сказано, что первый из трех братьев, кто женится и проживет со своей женой год, получит все.

– Черт, – выругался он, сдерживая желание бросить на землю и растоптать телефон, с экрана которого на него смотрела ухмыляющаяся и самодовольная физиономия Эроса.

С Прайей у него была просто деловая договоренность, но ее предательство задело его гордость.

– Мы уже отправили машину в погоню, – заверил его охранник.

– Нет, – выдохнул Ксандер. – Мне меньше всего нужно, чтобы моя охрана устроила погоню на Манхэттене посреди бела дня. У прессы и так сегодня праздник.

– Вы хотите, чтобы мы дали ей уйти?

Шум вокруг нарастал с каждой минутой. Репортеры выкрикивали вопросы, как и гости в здании. Все пытались осознать, свидетелями чего же они только что стали. А Ксандер, с его упорядоченным и блистательным умом, старался понять, где же дал сбой его, казалось бы, безупречный план.

Он проинструктировал свою охрану быть начеку, не оставить неперевернутым ни один камень, чтобы обеспечить секретность его поспешной свадьбы. Чтобы о ней не пронюхали его единокровные братья. Он был известен своей жесткостью и умением добиваться всего, что ему захочется. Но сейчас… где-то он споткнулся. И охваченный яростью, он поспешно направился к машине, а охранники бросились расчищать ему путь.

Ксандер сел в черный неприметный внедорожник и захлопнул дверцу, отгородившись от жаждавшей крови толпы.

Как и двадцать лет назад, когда он девятнадцатилетним юнцом только начинал свой путь в этом мире, где на боли и скандалах можно было хорошо заработать, прессе по-прежнему удавалось делать на нем деньги.

– Вы, голубки, что-то очень быстро управились. – Певучий голос вывел его из задумчивости. Отделявшая салон от водителя перегородка опустилась, и он увидел улыбающееся лицо и седые кудри своего многолетнего водителя, Мины.