Подставное пророчество Оутэрнуму

Обитель, которая связывает стихии и нас… это место в какой-то степени можно считать живым. Ступая на их территорию, уже ничего нельзя утаить. Всё, что происходит в округе того храма и непосредственно внутри, понимают и ощущают стихии. Многогранные сущности, являющиеся ни живыми, ни мертвыми. Способные пробуждаться как в маленькой части их среды, так и в целой своей циркуляции.

– Я немного не понимаю.

– Стихии неразрывно связаны с Гармонией.

– Они – ее подчиненные? Как я Ваш?

– Не совсем. Запомни, никогда не держи зла на них.

– Но зло вообще держать нельзя. И почему Вы…

– Все потому что стихии подчиняются не только Гармонии. Стихии – и есть инструменты, – признался старший монах, вспомнив, что Одди нарушил на прошлой неделе одно из правил, и вероятно, мыслить уже способен не так наивно, как раньше. Монпа теперь не видел смысла утаивать от мальчика столь важную информацию о стихиях. – Они лишь иногда проявляются сами или по приказу Гармонии. Огонь, вода – то, что используется людьми больше, чем Природой.

– Почему вода и огонь – это стихии? – не выдержал Одди и выпалил: – Вода – это вода, а огонь – это огонь… Это же просто элементы быта.

– Они не элементы быта, они – священные древние составляющие. То, благодаря чему на свет появилось все живое. И очень мало существ об этом помнит. К сожалению, в наш век стихии эксплуатирует множество тех, кому бы не стоило этого делать. Не будем больше об этом. Раз уж мы начали говорить о том, о чем не следовало бы вплоть до твоего девятилетия, то я поведаю и о том, почему ты сюда попал.

– Пришло время рассказать?

– Да. Приготовься и обдумай полученную информацию прежде, чем что-либо сказать. Итак, твое нахождение здесь – причина того, что было восемьдесят лет назад, вплоть до сегодняшнего дня. И еще одна причина – это работа инструмента вместе с людьми, использующих друг друга. Теперь ты также должен знать одну из правд, чтобы начать принимать сторону.

– Одну из правд? Какую сторону?

– Вот та правда, которую знаю я: твоя семья была сожжена огнем, когда тебе было два месяца от роду. Потому что каждые тридцать лет с момента отречения от Гармонии, людей нужно было контролировать. И на очереди именно твоя семья, перешагнувшая грань дозволенного, которую нельзя было, пострадала. – Монпа дал «переварить» мальчику информацию, затем спросил: – Что думаешь?

– Хочу знать больше.

– Что чувствуешь?

– Ничего.