Трон Знания. Книга 2

Амнистия, как и поголовная смена судей, позволит бандитам осмелеть. К ним примкнут все, кто считает себя ущемлённым, все, кто решит отомстить за слишком суровый приговор. Их не сотни и даже не тысячи. Вы сами сказали – их миллионы. В большинстве селений по одному стражу. У нас нет обученных людей, нет денег, чтобы остановить волну преступности. А она будет, я в этом уверен.

– Прошу разрешить стражам порядка ношение холодного оружия, – выпалил Крикс.

– Советник Силар, – насупился Юстин. – Порубежье входит в содружество «Мир без насилия».

– Почему-то преступники об этом не знают.

– Ваш сарказм не уместен, – ввернул Орэс.

– Вы называете правду сарказмом? – огрызнулся Крикс. – Люди убивают чем угодно: ножами для чистки овощей, лопатами, камнями, голыми руками. Или это не насилие?

– Насилие, – согласился Орэс. – А вы должны придумать, как бороться с ним ненасильственным способом.

– Вы знаете, как борются с преступностью в странах содружества? – спросил Крикс.

– Вы главный страж Порубежья.

– Я знаю. Там поощряют доносительство. Там бывшим искупленцам два раза в год принудительно делают прививки, которые подавляют волю. А на дома наносят предупреждающие знаки, чтобы все знали, кто в них живёт. Там родственники преступника оплачивают его содержание в тюрьме, берут на иждивение семью пострадавшего и делают взносы в государственную казну, которые идут на нужды охранительных участков. Там на сто человек приходится один страж порядка.

– Если мы разрешим ношение оружия стражам, охранителям, знати, сторожам и всем прочим, – проговорил Юстин с подчёркнутой вежливостью, – мы автоматически пополним список отвергнутых стран. Отвергнутые страны, к вашему сведению, существуют обособленно. С ними никто не имеет дела. Вы хотите и нашу страну обречь на одиночество?

– В «Мире без насилия» мы уже одиноки, – сказала Малика.

– И это говорит та, кто предлагает освободить искупленцев от заслуженного наказания, – заметил Юстин.

– И в мире справедливости мы одиноки.

Орэс Лаел покачал головой:

– За красивыми фразами, как правило, прячется пустота. Особенно когда эти фразы произносит государственный деятель.

– Вы хотите, чтобы мои люди жертвовали собой, защищая вас, но сами не идёте на жертвы ради них, – горячился Крикс. – Это и есть пустота ваших клятв и обещаний служить отечеству и народу.