Трон Знания. Книга 2

Пепелище – это всё, что осталось от усилий и стараний этого человека.

– Ты, похоже, предателем его не считаешь.

– Как говорил один мудрый человек, если хотите, чтобы вас признали и за вами пошли люди, станьте частью их мира. Зерван стал частью их мира. Он был одним из самых великодушных людей, самых свободных, непредубеждённых и открытых.

Адэр скривил губы:

– Великодушные люди не сбегают из страны в лихое время.

– Только признание непоправимой ошибки могло толкнуть его на этот роковой шаг.

– О какой ошибке ты говоришь?

– Это всего лишь моё предположение.

Адэр хлопнул ладонью по столу:

– Кебади! Какую ошибку совершил Зерван?

– Не знаю. Я не был свидетелем тех событий. Я родился много лет спустя.

Летописец чего-то не договаривал. Бегая глазами по шкафам, Адэр подумал: а не приказать ли охранителям перерыть весь архив? Внутренний голос пробубнил: они ничего не найдут. Придётся уйти с пустыми руками.

– Я дам вам то, в чём вы больше всего нуждаетесь, – словно читая его мысли, проговорил Кебади.

Он повертел лист в руке:

– Зачем мне это?

– Напишите историю страны. Напишите так, чтобы её не смогли уничтожить потомки.

Адэр сложил лист вчетверо, спрятал в карман пиджака и направился к выходу. На полпути обернулся:

– Я велю принести тебе печатную машинку.

– Благодарю вас, но… нет. Не надо.

Старик прав. В его возрасте сложно научиться быстро печатать.

– Хорошо. Я велю принести тебе ручки.

– Спасибо. У меня их целый ящик.

– Почему ты пишешь пером?

– Можете подойти? Я кое-что покажу.

Адэр вернулся к столу. Кебади принялся листать страницы, исписанные ручкой: неровные буквы, кривые фразы, торопливые строки.

– Малика принесла мне перо и чернила. Сказала, что к истории надо относиться как к произведению искусства. – Летописец открыл последнюю страницу, покрытую каллиграфическим почерком.

~ 3 ~

Адэр окинул взглядом осунувшиеся лица советников – будто ночь не спали. Посмотрел на Малику. Не женщина – тетива лука. Кого пронзит стрела на этот раз?

– Мой правитель, – произнесла она. – С вашего разрешения я вернусь ко вчерашнему разговору и задам советнику Лаелу вопрос.

Орэс с нарочитым вниманием повернул голову, будто хотел, чтобы её слова влетели в одно ухо и вылетели из другого.