Души моей тень

Чтобы ты ни задумал, я узнаю и тогда…

Кожаный шнурок вдруг стянулся на шее медведя с такой силой, что его голова не то что оторвалась, но ещё и взметнулась на добрый метр, прежде чем бухнуться на пол.

– Это заговорённый амулет и если ты меня расстроишь, с твоей головой произойдёт то же самое. И да, если попытаешься его снять, шнурок затянется уже самопроизвольно, даже без моего вмешательства.

– И что мне с ним, даже в душ ходить? – попытался сыронизировать я, чувствуя, как вес кулона вдруг увеличился для меня раз в пять.

– Если ты привык прихватывать голову с собой, то да, – рассмеялась Венди. – Уж прости, но как я говорила, именно моя недоверчивость позволила мне прожить столько лет, и я не намерена отказываться от этой милой привычки.

Посерьёзнев, она развернулась всем корпусом, критически окинув меня взглядом с головы до ног.

– Ты теперь всегда будешь ходить в этой одежде?

– Уж извини, не успел собрать багаж перед тем, как Харо… Эрик потащил меня на вашу сатанинскую сходку.

– Харон? Это имя ему и правда подошло бы больше. А ты умеешь давать прозвища. Впрочем, дело не в этом. Луис!..

С таким подходом его стоило бы переименовать в Захара.

– …Новичку надо будет купить два повседневных наряда и два классических, займись этим, как только наступит утро. – Отдав приказ, Венди снова взглянула на меня. – А пока надо привести тебя хотя бы в относительный порядок.

– А что со мной не так?

– Пусть мы и охотимся ночью, жертву нельзя спугнуть раньше времени, а ты выглядишь, как… Наркоман в завязке.

Встав с пуфика, она жестом приказала мне сесть на её место, тут же принявшись звякать какими-то флаконами в многочисленных коробочках. Наконец, достав из их недр какой-то тюбик крема, она приложила его к моей щеке, сощурив глаза.

– Вроде как раз твой тон.

– Ты собираешься меня накрасить что ли?!

Я попытался было встать, но Венди положила мне руки на плечи, с неожиданной для такой хрупкой девушки силой пригвоздив обратно к пуфику.

– Я не буду тебе красить глаза или румянить щёки, только придам лицу чуть больше жизни. Мы же не хотим, чтобы всем за версту было видно, что ты ходячий труп?

Я многозначительно и неодобрительно хмыкнул, но спорить в открытую не рискнул, плечи всё ещё хранили воспоминание о сильной хватке Венди.

Она же, мгновенно оказавшись в своей стихии, принялась размазывать по моему лицу тональный крем, напевая себе под нос какой-то простенький мотив.