Души моей тень

Сами черты лица оказались далеки до той красотки из «Ливерпуля» (тебе мало что ли?!), но своей неправильностью привлекали даже больше внимания, вызывая желание изучить их более пристально. У девушки были по-восточному раскосые глаза с лукавым прищуром, словно у человека, которому всё известно на несколько ходов вперёд. Нос был излишне маленьким, да ещё и лишённый перепада от лба к переносице, из-за чего создавалось впечатление приплюснутости лица, прямо как у персидской кошки. То и дело обмениваясь короткими репликами со своим соседом, она раз за разом вскидывала на меня взгляд из-под опущенных ресниц.

Нет уж, второй раз за вечер я не поведусь ни на какие томные взгляды. Теперь при виде очередной красотки я сто раз подумаю, не собирается ли она меня сожрать!

В тот самый момент, когда я особенно увлёкся рассуждениями о женском коварстве, на поляне вновь показались Старейшины во главе с Вождём. Не знаю уж, в стрессе ли дело или в том, что я в кого-то там обратился, но даже не видя их лиц, по одним только шагам я ощутил, что ничего хорошего они не решили.

По крайней мере для меня. Мозг с каким-то практичным равнодушием отметил, что мой крик никто не услышит: из-за этой громкой музыки в парке не слышен был бы даже вой пожарной сирены.

– Решение было принять нелегко, подобных случаев с чужаками на наших землях не случалось много лет. Тем не менее, решение принято и поддержано большинством. За исключением лишь одного из нас.

Вождь на секунду развернул голову в сторону Старейшин, но никто из них не подал виду, что говорят именно о нём.

– Странствующий дух будет заключён под стражу, пока мы не разберёмся в его истинной природе и цели.

– Слушайте, делайте со своим духом, что хотите, – раздражённо вклинился я, начиная уставать от всего этого напускного пафоса, – а мне тут надоело торчать, я к вашим шаманским штукам никаким боком!

Я попятился и, к собственному удивлению, даже не встретил никакого сопротивления. Харон было сделал один угрожающий шаг в мою сторону, но Вождь остановился его жестом, как бы безмолвно говоря: «пусть дитё перебесится».

Всё это только лишний раз подтвердило мою догадку – я идиот, но и останавливаться на полпути было как-то несолидно. Я уже добрался до самой кромки, когда меня вдруг с силой ударило между лопаток. Поляна мгновенно озарилась по контуру тусклым тёмно-зелёным светом, исходящим от чего-то наподобие крупных камней. Таким же цветом загорелся символ между глазниц на масках старейшин.