Несколько карт из цыганской колоды

Слыхал когда-нибудь об этом месте?

– Это же черт знает где!–  возмутился Тим.

– Ну, чего не сделаешь для лучшего друга… – ухмыльнулся Жоржик.

Они тронулись. Проехав часа три, Жоржик предложил остановиться, с тем, чтобы  перекусить и заправить машину, а после еще столько же времени они гнали уже без остановок.

К горе они подъехали, когда было почти два часа ночи, но луна была довольно яркая, и видно было все вокруг вполне сносно. Тим поежился от ночного холода.

– Я куртку прихватил, – сообщил Жоржик, – открывая заднюю дверь багажника.

– На вот, – он протянул куртку.

– И фонарик тоже на голову одень, – вслед за курткой он протянул и головной фонарик.

– Так, – задумчиво, будто припоминая, ничего ли он не забыл, сказал Жоржик и захлопнул дверь багажника.– Ну, пошли, что ли…

– Что? Вот так вот? Посреди ночи? В лес? – Взорвался Тим.

– Ну да, а что такого? – удивился Жоржик.– Или ты боишься?

– Как это что? – Тим был очень зол.

– Да не бойся ты,– заявил Жоржик тоном, не подразумевающим пререканий, –  Я дорогу знаю, не заблудимся.

– А что, днем нельзя было сюда приехать? – буркнул Тим.

– Нельзя. – Отрезал Жоржик. – Во-первых, днем то, что я хочу тебе показать, не работает. Не знаю, почему. А во-вторых, тут народу днем полно, а нам это ни к чему.

– Вот же ж… – Тим злобно махнул рукой.

– Так идем или как?

Тим молча пошел вперед.

– Обожди, нам не туда! – Жоржик указал на другую тропу, гораздо менее хоженую, которая уходила вправо в заросли какого-то кустарника.

– Нельзя сказать было…– ворчал Тим, – я бы хоть ботинки нормальные одел…

Тим остановился, пропуская Жоржика вперед. Тропа была едва видимая, ходили по ней от силы несколько человек в неделю. Иногда она и вовсе пропадала, но Жоржик шел вполне уверенно. Вскоре они совсем сошли с тропы и затем двигались еще с полчаса по высокой траве, через довольно обширный луг, на котором уже начал стелиться туман. Перейдя через луг, они затем вошли в лес, похоже буковый. Деревья были очень массивные, со светлой корой и отстояли друг от друга довольно далеко.

В свете луны они казались светло серыми и почти блестели, словно бы матовое стекло. Проходя через небольшой ручей, Тим поскользнулся и ступил в воду, промочив правую ногу. Остановились. Он присел на корягу, вылил из туфля темную жижу, стянул и отжал носок. Где-то заухала сова, и затем совсем рядом раздался жуткий крик или визг. Тим похолодел, и, так замерев с носком в руке, посмотрел на Жоржика. Тот был невозмутим.