Принцесса в засаде

– Роберт, – я понизила голос, – а зачем ты в академии? Ну, ты понимаешь.

– Наблюдать за обстановкой, – на грани слышимости ответил он, – присматриваю за студентами.

– Тогда ты можешь мне помочь? – ещё тише заговорила я, пока лоси и еноты разбирались, что они будут делать дальше.

– Здесь? – он выгнул бровь.

– Почему нет? Не вижу смысла ждать, – я повела плечом, – наше лесное царство достаточно шумное, чтобы мы могли посекретничать.

– Тебя Нарски беспокоит? – предположил Ратовски.

– Нет, хотя я теперь знаю, что с ним делать, – я заинтересованно обернулась на хохот студентов.

– Тогда что? – он нахмурился, а потом округлил глаза, – постой, ты хочешь ввязаться в дело связистов?

– Какое дело? – недоумённо похлопала глазами я.

– Я прозвал его так, – передёрнул плечами Роберт, – но о нём лучше здесь не говорить.

– Тогда после пары? Уложимся в перерыв? – я тоже нахмурилась.

– Не уверен, – покачал головой мужчина, и мы переключились на наших студентов.

А там как раз начали разворачиваться интенсивные события. Еноты неуловимыми тенями скакали по аудитории, лосики взбодрились, не желая уступать каким-то малолеткам. Я поняла, что даже в Императорском Театре актёры так бесподобно не играют, как наш зверинец.

Мьестина кокетливо строила глазки Стефану и Ризу, мгновение, и она шустро переметнулась в другую часть аудитории, издавая боевой клич горцев. Невзначай толкнула Марса и подставила подножку. Парень красиво рухнул прямо в руки захлопавшего в удивлении чёрными ресницами Хорхе.

Я чуть не захохотала, от вида их лиц. Столько эмоций на них промелькнуло, я даже не знала, что эти двое, обычно такие сдержанные, могут так эмоционально реагировать на такую мелочь. Остальное енотово войско Мьестины от своей главной не отставало. Мои лоси преисполнились азарта и желания мести.

Я следила за этим бедламом с опасением. Даже навесила по углам комнаты заклинания звукоизоляции, чтобы из соседней аудитории к нам не пришли разбираться.

– Никогда не видела моих парней такими весёлыми, – прокричала в ухо Роберту, гам стоял такой, что я сама себя еле услышала. Кажется, в шуме проскользнул чей-то возмущённый матерок.

«Лейсу бы понравилось это занятие», – почему-то подумала я.