Вселенные. Сборник рассказов

Тогда Мунму выдыхал тонкую струйку синего пламени в течение ровно 327 секунд, и менял цвет с жёлтого (признак бессильной ярости) на ярко-рыжий (цвет его нормального состояния). Маленькая богиня приглаживала его длинные усы, и заплетала их в тонкие косички.

– Что я тебе, ши-тцу, что ли… – ворчал Мунму, но блаженно прикрывал огромные карие глаза, и замолкал.

Маленькая богиня сидела на краю утёса, покачивая ножками в крохотных сандалиях. Шёлковые одежды струились по обрыву мягкими волнами. Через год у Мунму отрастут четвёртые пальцы, он сможет держать Ёиджу.

Вселенная № два. Или «Вересковая ведьма»

Поле вереска… Порывы осеннего ветра разгоняют маленьких медовых фей и мысли в голове. Поле заканчивалось обрывом в морскую Пустошь.

***

Холодной ночью с полной серебряной луной

Крик совы доносился издалека,

Девушка никак не могла заснуть

И схватила пальто и платье.

Она пошла глубоко во тьму,

Не заметив предостережения, что

Ясное звучание недоброго призрачного голоса

Наполняет ночь.

И она пошла к подножию горы

В свете волшебной луны,

Когда далёкий голос запел песню,

От которой разрывалось сердце.

И сквозь тени она увидела серебристо-белую

Фигуру певицы.

***

Пустошь волновалась за неё, за ту, что стояла на самом краю обрыва, прикрыв зеркало души длинными чёрными ресницами.

Ветер разгонял мысли в голове. И фей.

– И снова ты, – возник в мыслях удручённый голос.

– И тебе привет, – умиротворённо подумала она, не посчитав нужным открыть глаза ради этого гостя.

– Что на этот раз в голову взбрело? – он зевнул, и мрачно растянулся во весь свой огромный рост на лиловых цветах, придавив ненароком одну из феечек. Та выругалась на гномьем, и пнула крохотной туфелькой в отместку его бок. Расправив помятые прозрачные крылья, напоследок показала ему недвусмысленный бранный жест.

– Ты заметила, как они обнаглели в последнее время? Совсем меня ни во что не ставят.

– И я их полностью поддерживаю… – мстительно подумала она.

По ночам на этом вересковом поле, что над морской Пустошью, ни слова не должно прорасти вслух.

По ночам на этом вересковом поле собираются те, кому и не нужно разговаривать словами.

Пустошь любит красивые звуки.