Сестрёнки и прочие. О тех, кто вплетает свою судьбу в нашу жизнь

С того самого вечера – не пробовал».

– А, может, стоит попробовать?

«Не вижу смысла. Так я быстрей уйду вслед за Ней».

– Но ведь есть много способов уйти. Твоя квартира – на двенадцатом этаже. Вот он, способ. Или вон стоят тёмные личности. Подойди, затей драку и считай, что дело сделано. Так даже лучше.

«Возможно, я так и сделаю, но не сегодня…»

Возвращаясь назад, он всё же обошел мутную компанию, инстинктивно осознавая исходящую от неё опасность. Проходя мимо мусорных баков, он неловко поскользнулся.

– Чем хуже, тем лучше, – усмехнулся он.

Апатия, владевшая им, не позволила даже огорчиться. Он подобрал крупные осколки стекла и подошёл к бакам, чтобы выбросить их. Краем глаза заметил шевеление в просвете между баками. Наклонившись, он заглянул туда. Два маленьких котёнка, дрожа то ли от страха, то ли от холода, смотрели на него округлившимися глазами.

– Вот чего тут псы крутились! – догадался он. – Охота близилась к концу. Но сорвалась! Не волнуйтесь, малыши, сегодня мы ещё живём, а завтра – будет видно.

Котята бродили по квартире меж пустых бутылок и пищали. Согревшись у горячего радиатора, они требовали кушать. Но в холодильнике было пусто. Пошарив по карманам, он убедился, что деньги были последними. Теперь все чувства, жившие в нем, неожиданно трансформировались в заботу о малышах, но даже покормить их он не имел возможности.

Решившись, он вышел на лестничную площадку и позвонил в соседнюю квартиру. Дверь открыла пожилая женщина и, увидев его, горестно покачала головой.

– Матвеевна, займи рублей пятьдесят. Молочка надо купить, – пряча глаза, произнёс он.

– От бешеной коровы, что ли, молочко? – соседка недоверчиво оглядела его.

– Нет. Котята там, кушать хотят, а у меня – ничего…

Матвеевна, так же недоверчиво смотря на него, прошла по площадке и, открыв дверь, заглянула в его квартиру.

– Ах, ты ж, Господи! – улыбнулась она. – Сейчас вынесу молочка. У меня есть.

Сытые и согревшиеся котята, оказавшиеся девочками, провели ночь в блаженном сне. Он не спал. Организм, отравленный многодневным запоем, с трудом освобождался от алкогольного яда. Пересиливая себя, он раз за разом принимал контрастный душ.