История от Джона

Мальчик на два года старше своих братьев близнецов, он переводится в четвертый класс (ему 12 лет), всего классов восемь. Матвей не разделял такого восхищения своих младших братьев, он, конечно, не мог похвастаться всякими пакостями, которые совершал, но зато мог похвастаться, сколько сотен книг он прочёл за три дня и тем, что он не нарушил не одного школьного правила за все три года, которые он учился. Он всё хвастался и хвастался книгами и говорил, как они интересны, он помнил все названия книг, и что говорилось в каждой из них в мельчайших подробностях, он рассказывал про каждую страницу, и так у нас веселая беседа превратилась в нудную и скучную пятичасовую лекцию.

Мы сидели и ждали, пока мама позовет нас на ужин и наконец-то это свершилось, она нас позвала, и мы вылетели из комнаты как будто не ели сто лет. Матвей, конечно, на нас обиделся, он понял, что мы так отреагировали на зов мамы, чтоб не слушать его «интересный» и« увлекательный» рассказ о книгах, которые прочёл множество раз, чтоб наверняка усвоить информацию.

Мы влетели на кухню с такими лицами, будто нас пытали и сели быстро за стол.

– Матвей, не расстраивайся, некоторые, не понимают, какую ценную информацию ты им сообщил, – ласково сказала мама, как только увидела мальчика, что понурив голову, зашел на кухню и сел на самое дальнее место.

– Что, тоже мучил своими длинными и никому не нужными рассказами о книгах? – Поинтересовался Алан.

– Ал, – шикнула на мужа мама.

– На правду не обижаются, – сказал и с явной неприязнью глянул на Матвея.

– Ну да, – не выдержал Матвей, – тоже вот не понимаю на что ты обиделся, – презрительно процедил мальчик, – ты ведь прекрасно понимаешь, что ты глупее меня, я умнее и в моей голове хранится в сто раз больше информации чем в твоей профессорской, – сказал и показал пальцем, не скрывая своё отвращение, что чувствовал он к Алану.

Воцарилась тишина, долгая, нудная и беспокоящая всех кто находился на кухне.

– Ты хочешь, значит правду, – прошептал Ал, нарушив тишину, – ну так вот, слушай ты заносчивый и высокомерный ребенок, который не заслуживает иметь такую семью как эта.

Алан глянул с гневом на мальчика и ушел с кухни.

– Так, садитесь есть, – сказала мама и, взмахнув палочкой, стаканы и тарелки оказались на столе.

Мама оглянула нас всех и ушла с кухни следом за Аланом.

– Матвей, зачем ты так с дядей, Аланом? – Спросил я, когда мама ушла из кухни, внутри меня переполняла грусть.