Дмитрий Красивый

 – Неужели ваши люди одолели нечестивых татар?

– Ой-ли, батюшка, – покачал головой Твердята. – Совсем наоборот! Победил Михаил Ярославич с татарами! Он наголову разбил новгородцев и наших ополченцев! Там полегли лучшие люди! Говорят, что сложили головы Андрей Климович, Юрий Минишич, Михаил Павшиница, Селиван Андреянов, внук тысяцкого Тимофея, Онанья Мелцевич, Афонас Романыч…

– Вот это да! – со скорбью и сочувствием покачали головами брянские купцы, хотя перечисленные имена убитых им ни о чем не говорили.

– Сейчас идут тяжелые переговоры, – сказал, вытирая слезы, хозяин харчевни. – Как мне сказали верные люди, князь Михаил потребовал, чтобы наши «градские старцы» выдали ему князей Федора Ржевского и Афанасия Московского…Да в придачу много серебра, не один пуд! Пока выдали Михаилу того несчастного Федора…И уговаривают великого князя, чтобы он смягчился и пожалел князя Афанасия, а также уменьшил свой выкуп: в городе нет столько серебра…Пусть, дескать, Новгород расплачивается за свои ошибки!

В это время хлопнула дверь, и в трапезную с шумом вошли незнакомые, богато одетые в соболя и куницу люди.

Все пребывавшие в харчевне градом попадали на пол.

– Вот так! – буркнул все тот же детина. – А теперь вставайте!

Брянские купцы встали вместе со всеми.

– Откуда вы? – спросил вдруг вышедший вперед красивый молодой боярин с большой густой русой бородой. Его серые глаза как бы ощупали все уголки злополучной харчевни, лица стоявших с остекленевшими глазами купцов и лежавшие на столе тела убитых.

– Чего молчите?! – возмутился здоровенный детина, видимо, первый слуга боярина. – Разве вы не слышите, когда вас спрашивает сам великий боярин, Иван Акинфич?!

– Мы – из Брянска! – смело ответил Брежко Стойкович, пристально глядя прямо в глаза боярина.

– Из Брянска? – переспросил боярин и на мгновение задумался. На его доселе суровом лице показалась доброжелательная улыбка. – От славного князя Романа Глебыча?

– Именно так, мой господин, – быстро ответил внезапно осмелевший Мордат Нечаевич. – Мы из города отважного князя Романа!

– Тогда ладно, – кивнул головой боярин. – Мы в дружбе с брянцами.