Дмитрий Красивый

 – Я знаю, какое прозвище тебе дали красные девицы еще в Смядыни и Смоленске! Разве не они назвали тебя «Красивым»? И сколько прелестниц по тебе вздыхали? Ты сам не пропустишь ни одной красивой девицы! Зачем же даешь своему батюшке такие нескромные советы? Я не настолько молод, чтобы проявить старческую скуку и бесчувствие и не оценить чудную красоту. Ни моя супруга, ни другие красивые женки не вызывают у меня горячего желания…А вот эта девица, Есенка, без труда разжигает мою страсть и радует мое тело! Я не упущу этот Божий дар! – И он, отказавшись слушать доводы всех прочих своих людей и даже священников, решительно направился с богатыми дарами к Кавгадыю.

Татарский мурза, добившись своего и сбыв с рук очередную пленницу, остался чрезвычайно доволен.

– Это – безупречный невод для коназов или купцов урусов! – радовался он. – Удается сбывать самых дешевых девок за хорошую цену! А вот наши люди плохо берут этот товар: им не нравятся белокожие девки со светлыми волосами и водянистыми глазами! Не хочется продавать их и чужеземным купцам за ничтожную цену! Я даже не думал, что эта грудастая девка так западет в душу старому коназу Ромэнэ! Мне казалось, что он заплатит лишь за временное пользование красоткой, как его сын Дэмитрэ, а тут – такая удача! Видимо, этот коназ Ромэнэ – человек нескупой и сговорчивый! Не зря он носит такое имя! Ромэнэ! – Кавгадый прищурился.

 – И тоже коназ из Брэнэ! Я помню одного Ромэнэ…Может, он его батюшка или дед? Однако же, он сын Гэлэба…Значит не того Ромэнэ…Видимо, какой-то его родственник! Всем известно, какой был преданный нашему государю тот известный Ромэнэ из Брэнэ. Его любили все наши знатные люди! Вот и этот Ромэнэ – очень хороший человек! Ох, как меня порадовал этот славный урус!

Ни князь Роман Глебович, ни его бояре, ни сарайские священники не знали, что дорогая покупка, осуждаемая всеми, не была ошибкой, но лишь счастливым обстоятельством: таким способом брянский князь нажил себе не только влиятельного друга и покровителя Кавгадыя, но также уважение и славу среди многочисленных знатных друзей последнего.

Счастлива была и увезенная в далекий лесной Брянск бывшая пленница, рязанская девушка Есенка. – Ты не хочешь домой, к своим батюшке и матушке, девица? – спрашивал ее, жарко целуя и обнимая в походной телеге, возвращавшийся назад князь Роман. – Это возможно! Только скажи!

– Мне ничего не нужно, кроме твоей близости! – шептала белокурая красавица.