Роман Молодой

Пусть ищут себе врагов только глупцы!

– Ты прав, сын мой, – кивнул головой владыка. – Вот тебе пример неправедности. Князь Михаил Тверской недавно женился на дочери Константина Василича Нижегородского и заключил с ним союз против Москвы! А сын того князя Константина посватался к дочери самого Ольгерда Литовского! Все этого ни к чему хорошему не приведет! Кроме того, ордынский царь удовлетворил просьбу тверского князя – освободить его от московской зависимости – и прислал в Тверь своего знатного человека, мурзу Ахмата, с ярлыком на великое тверское княжение! А это значит, что следует ждать беды!

– Я вижу, святой отец, – сказал князь Василий, – что нам надо уклониться от связей с теми князьями и не раздражать Москву.

А после зимы я сам поеду в Орду к царю Джанибеку за грамоткой…А пока нужно показать Москве наши добрые намерения. В ближайшие дни я пошлю своих людей к Семену Московскому с подарками и добрыми словами. Я верю в дружбу с московским князем!

ГЛАВА 2

СОВЕЩАНИЕ В ВИЛЬНО

Князь Роман Молодой сидел на длинной скамье в окружении литовской знати – сыновей и родичей великого литовского князя Ольгерда, их приближенных («бояр», как называли таких сановников на Руси) и богатых купцов.

В великокняжеском дворце проходило совещание, связанное с чрезвычайными событиями, случившимися на Руси.

Князь Роман Михайлович, вызванный в Вильно из далекого городка карачевской земли Коршева особым, скорым гонцом, был сильно озадачен, когда нарушилась его тихая и спокойная жизнь вдали от «мира».

– Зачем я понадобился славному Альгирдасу? – тщетно спрашивал он запыленного, усталого гонца. – Неужели случилась беда?

– Я ничего не знаю, – отвечал посланец. – Государь мне только приказал, чтобы я вызвал тебя…

Пришлось уже на следующий день выезжать в Литву вместе с литовским гонцом и десятком вооруженных воинов, лучших княжеских дружинников.

Супруга князя Романа – Мария Титовна – тоже встревожилась. Она только что родила своему супругу дочь, названную Еленой, и рассчитывала на благополучную, безмятежную жизнь.

Помимо новорожденной, у нее было еще двое детей: четырехлетний сын Дмитрий и двухлетняя дочь Авдотья.

Роман Михайлович буквально боготворил супругу: прошло вот уже почти шесть лет после их свадьбы, а они жили, как молодожены, не расставаясь ни на один день. Молодой князь лишь только отъезжал в определенные дни со своими дружинниками в лес – на охоту.