Курская аномалия

 – Если я правильно понял, содержание снов дяди Вани формируется под воздействием эмоциональной энергии, присутствующей в окружающей среде, и чем выше её концентрация в каком-то конкретном месте, тем сильнее воздействие на приёмник, в роли которого выступает дядя Ваня. А местность с повышенной концентрацией этой энергии, если следовать твоей логике, вероятнее всего находится где-то в тех краях – на линии Орёл-Курск-Белгород, так?

Борис сделал рукой неопределённый жест, очевидно, долженствовавший означать согласие:

– Примерно так.

– С этим, стало быть, разобрались. Теперь, у меня возникает закономерный вопрос: как дядя Ваня умудрится выхватывать из моря эмоций множества людей, из каши наслаивающихся одно на другое воспоминаний, что-то конкретное? Ведь, насколько мне известно, по рассказам бабушки, он воссоздаёт во сне вполне определённые эпизоды из жизни вполне конкретного человека, ну, может быть, нескольких человек каким-то образом связанных между собой…

Зимин беспомощно развёл руками.

– Ну, ты спросил! Мы только в начале пути. Особенности функционирования человеческого мозга покуда досконально не изучены. Не гони, брат. Дай срок – постепенно во всём разберёмся. Для того эксперимент и затевается.

Друзья так увлеклись беседой, что не обращали внимания на время, напрочь позабыв о жаре, духоте и прочих неудобствах. Они даже не заметили, как день стал клониться к вечеру. Единственное о чём Глеб вспоминал с завидным постоянством, так это о кофе – перед ним уже выстроилась шеренга из восьми опорожнённых чашечек.

– Так, что? – Борис пытливо посмотрел на друга. – Принимаешь моё предложение?

Тот кивнул.

– Конечно, принимаю, но с одним непременным условием… – Зимин вопросительно воззрился на журналиста. – Давай твой эксперимент начнём с Поповки.

Удивлённый Борис счёл не лишним полюбопытствовать:

– Зачем тебе это?

Глеб по-мужицки поскрёб затылок:

– Да, считай, что блажь… Ещё с детства… Бабушка частенько войну вспоминала.

Она, ведь совсем ещё девчонкой вместе с матерью и младшим братом два года прожила на оккупированной территории, как это тогда называлось. Порассказала про своё житьё-бытьё под немцами. Иной раз, как представишь, что там творилось, волосы дыбом встают. Сколько себя помню, всегда мечтал – не со слов бабули узнать, а воочию, что ли, убедиться… К тому же… – судя по всему, эта мысль посетила его только что. Он поднял указательный палец вверх.