Самовар над бездной

Всё никак не мог подъезд найти.

– Ничего. Я примерно на это время и рассчитывала.

– Ты никуда не спешишь?

– Нет-нет.

Она показала ему комнату. На полу лежал матрас, в углу стоял невзрачный комод – всё. Занавески на окнах полупрозрачные.

– Это мой матрас, но я его тебе великодушно оставляю. Мне на новой квартире не нужен.

– Спасибо.

Иван про себя отметил, что она по-прежнему в его вкусе. Очень в его вкусе. Тонкая-претонкая, с особым акцентом на талии. Большие глаза. Волосы светло-русые с прорыжью – стали ещё длиннее, инфантильные джинсовые шорты – ещё короче.

Босые ступни – под обувь са-а-амого маленького размера.

– Ты в таком виде на улицу пойдёшь? – усмехнулся Иван. – Я знаю, ты можешь.

– Нет, мне ещё надо переодеться. Так, кухня.

Обстановка кухни была столь же лаконична. Гарнитур, духовка, стол да стулья. И ещё стиральная машинка, заметил Иван. Оля привычным жестом нажала на тумблер чайника, потом только спросила, будет ли он чай.

– Ты не любишь китайский, а я выпью… – она налила себе заварки.

 – Эрл грей в пакетике?

– Да.

Он не видел никогда тех вещей, в которые она была одета. Эти шорты были ему незнакомы, хотя, может быть, на ощупь он бы их узнал. Вспомнил, что сидит в тех самых джинсах, молнию на которых Оля однажды сломала.

Она рассказывала ему что-то о своей новой работе «и вообще как дела», дипломатично обходя все те вопросы, которые действительно его интересовали. Думает ли она по-прежнему о нём так, как он – о ней? Они просто неудачно вписались в поворот или зря сели в одну машину? Есть ли какие-то шансы вернуть всё как было – или хотя бы начать заново?

Потом было молчание.

У Оли дома не было сахара – не имела она к нему привычки – но Иван всё равно помешивал ложкой у себя в чашке, уткнувшись взглядом в её изменчивое отражение на поверхности чайной воронки. Всё что угодно, лишь бы поменьше смотреть в глаза. А она смотрела открыто, быть может, легко, иногда поджимая губы как печальный клоун – мол, «досадно вышло, ничего не поделаешь».

– Я позвонила хозяйке, как ты просил, – заговорила она. – В общем, она вернётся после Нового года. Насчёт тебя не возражает, главное, чтобы в срок приходили деньги. Но в январе уж изволь – на выход.

– А, ну хорошо.

– Вообще, место чудесное. Так дёшево, я до сих пор не нарадуюсь, что удалось эту квартиру отхватить за такие деньги. Да ещё и так близко к центру. Съезжать немного грустно, много хороших воспоминаний.