Вместить в ладони бесконечность

– Кому вы собрались звонить?

– В полицию, разумеется.

– И зачем? Что вы им скажете?

И правда, что он им мог сказать? То, что слышал выстрелы, видел полицейскую (вернее, он так думал, что это была полицейская), странную девочку и еще более чем странного неопрятного толстяка, выглядевшего настолько угрожающе, насколько и омерзительно? А может еще и про куклу расскажет? Тогда его точно признают сумасшедшим и отвезут в психиатрическое отделение.

Но был ли выход в том, чтобы молчать и просто забыть все произошедшее?

Если только все это он видел НА САМОМ ДЕЛЕ, а не в своих фантазиях или во сне.

Но я же не спал, сказал он сам себе. И в этом был уверен на все сто процентов.

Если охранник не слышал выстрелов, не значит, что их не было. Возможно, этот грузный мужчина, усталый от всей этой школьный суматохи, спал во время перестрелки в ста метрах от школьного крыльца.

– Я все-таки позвоню.

Он потянулся рукой к телефону. Охранник не стал препятствовать.

– Звоните, раз вам так хочется.

Макс соединился через диспетчера с ближайшим отделением полиции и кратко описал произошедшее. К его удивлению, рассказом заинтересовались и пообещали прислать патрульную машину.

– Спасибо, – он положил трубку. – Я, пожалуй, пойду.

– Удачи, – попрощался с ним мужчина и уткнулся в газету.

Похоже он воспринял рассказанное Максимом не всерьез.

Решив вернуться обратно, Макс снова перемахнул через забор, не желая обходить по слякоти ограждение в поисках калитки, и тут услышал свист. Максим оглянулся. Из окна первого этажа школы высовывался тот самый мальчишка, сидевший на подоконнике и куривший. За ухом у него виднелась очередная сигарета.

– Эй, дядя, – обратился школьник к Максу.

А потом смачно харкнул на землю и вновь показал средний палец.

– Поймай, если сможешь! – с вызовом ответил школьник и исчез в оконном проеме.

– Все-таки тебе надо за такое оторвать не только твою глупую голову, но и палец! И желательно тот, который между ног тоже!

Максим крикнул это громко, но вряд ли его кто-то услышал. С соседней улицы, словно в знак согласия «кары» над школьником, прозвенел очередной трамвай.

Детский сад по-прежнему выглядел пустым, входная дверь медленно покачивалась на ветру.