Чумной доктор

На худой, потому что это постоянные толпы людей, и о дистанции, а тем более о масках, там вспоминают редко. До сих пор не понимаю, какой смысл вводить ограничения на посещаемость концертных залов, ресторанов, закрывать в период поднятия заболеваемости все торговые центры, если в это же самое время в любом автобусе или вагоне метро раздраженные на всех люди трутся друг о друга, как сельди в бочке.

Сегодня, не успеваю еще войти в комнату, как по коридору, устланному чрезвычайно ярким бордовым линолеумом, резко контрастирующем на фоне молочно-белых стен, ко мне бежит высокий и очень худой молодой человек.

– Постойте, это вы Георгий Мельников?

Если не ошибаюсь, его зовут Рудольф – у него практика в ординатуре. В красную зону он чудом не попал, в обычной больнице мест не было и видимо по знакомству его, опять же чудом, устроили к нам. Человека с таким именем не забудешь точно. У него слегка манерный голос, чуть жеманный, который иногда бывает довольно неприятно слышать.

Киваю ему в ответ и застываю в молчании, ожидая объяснений. Что же тебе от меня надо? Хотя скорей всего, его…

– Меня прикрепили к вам сегодня.

Я угадал.

– Кто? – ответ мой звучит чуть грубо, но я не зацикливаю своего внимания на этом. Мои пальцы сжимают ручку двери нашей импровизированной ординаторской. На мое счастье, студентам туда вход воспрещен. Негласное правило клиники.

– Заведующий отделением.

Понятно. Вот уж удружили.

– Вы что, скрепка, чтобы вас прикрепляли?

– Простите?

Шуток он, дурак, не понимает.

– Хорошо, подождите меня здесь. Я сейчас возьму наш маршрутный лист и выйду.

Он покорно кивает и опускается на белую скамейку, которая почти сливается со стеной, становясь практически невидимой.

В ординаторской распечатываю себе маршрутный лист, просматриваю адреса, которые ближе к клинике и выхожу обратно. Рудольф покорно ждет меня на скамейке, блаженно разглядывая в мобильнике фотографии природы.

– Идемте.

Словно не ожидав меня так скоро, он испуганно вздрагивает.

Выходим из клиники и бредем по мокрым от изредка моросящего дождя улицам Екатеринбурга к первому пациенту.

– Меня зовут Рудольф, – говорит он мне, когда мы проходим здание старого больничного морга, ныне не работающего. Позади него церковь, чуть дальше районный загс. Фантастическое соседство. – Рудольф Юрьевич, если конкретнее.

– Я в курсе.

Он согласно кивает.