Чумной доктор

Затем убийца превращала всех четверых, или троих, или даже, если ей везло (а ей, к сожалению, везло), и пятерых убитых членов семьи в куклы, настолько нелепые, насколько и безобразные – вырезала им глаза, уши, иногда языки. Разрезала рот, создавая ужасающую улыбку как у клоунов, красила девочкам остатки глаз и губ. Часто стригла своих жертв, а иногда и одевала в причудливую старую одежду – для мальчиков у нее были приготовлены рубашки и черные шорты с подтяжками, для мужчин-отцов костюмы и невообразимо пестрые бабочки, а матерей и их дочек убийца облачала в старомодные платья с подвязками.

Убитых Набока усаживала на диван, включала телевизор, находила какой-нибудь старый фильм, или концерт классической музыки, какое-то время смотрела вместе с ними, а затем уходила, предварительно поставив на столик перед семьей заваренный чай или вазочку с конфетами, или печенье, иногда даже пирог. Пару раз, судя по оставшимся следам на кухне, она пекла печенье и пироги сама. Ужасающая семейная идиллия.

Никто не мог понять, как кукольница выслеживала своих жертв, и существовала ли какая-то последовательность в ее действиях, но самое главное, как хрупкая женщина – Набока несмотря на рост почти в 190 сантиметров, была очень худой и имела довольно болезненный вид – справлялась с мужчинами и иногда взрослыми подростками? Этот вопрос ставил в тупик всех.

Ян первый разгадал, что семьи можно выслеживать в городских парках. И первым понял, что убийца женщина, и скорей всего выглядит также, как одевает своих жертв – старомодно, странно, выделяясь из общей безликой толпы.

– Не бывает женщин-маньяков, – сказала ему тогда Манжос. – И не сможет женщина всех перебить на раз. Там в квартирах практически нет следов борьбы. Как же она справляется с мужиками? Ну, один раз повезло, допустим, второй. Хорошо! Но каждый? Это невероятно.

Следов борьбы действительно не было, как и в случае с чумным доктором, разве только в детских комнатах. Маленькие дети, понимая, что сейчас произойдет, пытались бороться до последнего.

– Убивает женщина, – упорно твердил Ян.

Алла злилась. Пепельница на ее столе была переполнена. Когда начальница нервничала, и комитет оказывался не в состоянии поймать какого-либо преступника, она начинала не переставая курить. Потом негодяя ловили, сигарет становилось сначала меньше, а вскоре за ненадобностью исчезала и пепельница. Потом появлялся новый объект следствия, и все повторялось как по кругу.