Китеж-град. Осада Ершовки

О том, чтобы последовать за Ростиславом Брячеславичем, Саввой Буслаевым или Константином – не могло быть и речи. Никто не имел ни малейшего понятия, где они сейчас находятся. Да и далеко ли с брёвнами-то уедешь? Решение оказалось очень правильным, так как к тому времени все трое бывших претендентов на власть в Китеж-граде уже находились за сотни вёрст от Великого Озера.

А люди, плывшие по озеру на плотах – далеко не уплыли. Отплыв несколько вёрст от Китежа – они решили основать там свои поселения. Так и появились на берегах Великого Озера множество маленьких деревень.

Шли годы, и о вражде вспоминали всё меньше. Правда, название «тришники», надолго закрепилось, как обозначение тех, кто перебрался из Китеж-града в последний момент. Сохраниться – то оно сохранилось, но как это и бывает – со временем полностью поменяло смысл, и в первую очередь поменяло смысл для тех, кого этими самыми «тришниками» называли.

Если поначалу это прозвище носило явно уничижительный характер, так как все помнили, что Тришка был никто иной – как горький пьяница, то со временем об этом забыли, и когда умер и сам Тришка, и все, кто его помнил – это имя стало обрастать легендами. Говорили, что Тришка был вовсе даже никакой не пьяница, а блаженный, и что он спас людей Китеж-града, предупредив о прибывающей воде, когда во сне ему явился архангел Гавриил.

Тришка стал почитаться почти как народный герой, те, кого называли «тришники» – теперь уже с гордостью носили это имя, и с гордостью рассказывали своим детям и внукам, какой необыкновенный человек раньше жил среди них.

Но всё это было сильно позже, через много лет, после описываемых событий. Вернёмся, однако, во время давнее. Тогда деревни по берегу Великого Озера только строились, а на востоке, западе и юге Великого Края – строились великие города.

XXIII. Ершовка

Но идя по улице, Алексашка вдруг внезапно понял, что, во-первых – не знает, где находится дом воеводы, а во вторых воевода не сказал ему, во сколько будет военный совет. Узнать время можно было легко – Ершовка жила настолько богато, что два года назад, по приказу Буслаева, на самой высокой колокольне города повесили огромные часы с боем – сейчас они как раз били – было семь часов утра.