Выродок из рода Ривас

Неужели обычная диагностика требует таких энергозатрат, что взрослому квалифицированному медику-мужчине для неё необходимо использование фокуса? Не помню, но, кажется, нет. И опять же, заклинание абсолютно не скрывалось. А ведь это же рассеивание энергии, то есть большие затраты. Причём чем более высокого порядка заклинания, тем больше рассеивание. Да ещё и фокус… его характеристики привели меня в недоумение. Он, конечно, уменьшал затраты мага на заклинание, но то, что оба заклинания, которые я видел, имели визуальный эффект, опять же говорило о нерациональности расходования энергии и, что даже более важно, о слабой приспособленности фокуса к магии высоких порядков.

Окончив диагностику, доктор ещё раз улыбнулся, сказал, что я уже совсем скоро смогу опять бегать и играть, и ушёл. Я же остался переживать своё третье открытие – я смог говорить, причём на языке Сержа.

Остальная часть дня прошла тихо и незаметно, и только под вечер произошло значительное событие – я смог-таки поставить колпак.

* * *

Мария пришла прямо с утра.

В качестве приветствия поцеловала меня в лоб и устроилась на моей кровати:

– Серж, милый, я так рада, что ты заговорил! Доктор де-Жильбао рассказал мне об этом ещё вчера. Ты ведь извинишь меня за то, что я вчера не пришла? Я была вынуждена отправиться порталом в Брюссель, так как именно там решается вопрос об опекунстве. Мне жаль, что когда сюда пришла твоя тётушка Жаннетт, меня не было рядом. Доктор сказал, что ещё несколько дней и ты уже сможешь вставать…

Я остановил поток её красноречия, положив свою руку на её руки, сложенные поверх платья.

Кстати, интересно, а почему тётя Жаннетт была не в трауре? Единственная чёрная деталь на её вчерашнем наряде – чёрный бант над левой грудью.

– Мария, – мне до сих пор было тяжело говорить, да я и опасался, что в моей речи будут проскальзывать слова моего родного языка, поэтому я старался говорить помедленнее и тихо, – тётя Жаннетт вчера сказала, что её назначили моим опекуном.

– Что ты! Заседание Высшего суда Белопайса по твоему вопросу состоится только через десять дней.

Не беспокойся, никто тебя не отдаст Жаннетт.

Она говорила успокаивающим тоном, но в её глазах я видел тревогу.

– Что я могу сделать?

– Пока ты лежишь здесь, в больнице в Париже, боюсь, ничего. Но не бойся, твоя Мария справится со всеми трудностями. Помнишь, как я победила того самого монстра, который живёт под кроватью?

Я улыбнулся. Такой эпизод действительно был в памяти Сержа.