Без чувств, без эмоций, выжить

Такие сувенирно-продуктовые лавки встречаются очень часто в центре Вены и держат их, как правило, либо индусы, либо азиаты.

Сидим на берегу Дуная, отгоняя мошкару и мысли.

– Как тебе Вена? – Вот, всё, что я мог выдавить изрядно выпив, но вроде не захмелев, к тому же это вопрос человеку, которого я знаю больше месяца. «Как тебе Вена?».

– Мне не с чем сравнивать. – Она снова переключилась в режим скупости слов.

– Аналогично. Но мне нравится. – Выпалил я. – Ещё бы сходить на тот концерт в среду.

– А русский слышал?

Я лишь рассмеялся, она тоже. Мы оба поняли мой ответ.

– Это как новая страница в моей жизни, в которой я взрослею быстрее, чем за предыдущие двадцать четыре.

– А тебе сколько?

– Двадцать четыре. – Ей оказалось двадцать восемь.

– Как ты думаешь, ты бы смог побывать здесь, если бы не это… Ну, не порно? – Выдавила она, словно стеснялась последних слов.

– Думаю, нет. – Это был искренний ответ. Я и сам обдумывал это неоднократно.

– Что ты имеешь в виду?

Я рассказал о своём опыте в индустрии порно, о том, как это было у нас, даже изложил поэтапно, как это от того момента привело к этому, резанув фразой «здесь всё как-то странно, тебе не кажется?»

Она лишь пожала плечами.

– Ну, ты же сам согласился сниматься в порностудии, которая в другой стране.

– У меня было первое ощущение, что нас здесь к чему-то готовят, знаешь как свиней откармливают перед убоем, так и нас. Ну, должно? же что-то быть. Они столько тратят.

– Причина, по которой тебя это смущает, понятно. Очень понятно, но за месяц всё вышло бы уже наружу. – Она сделала глоток вина? и отмахнулась от мошкары, которой вроде бы уже и не было. – Насколько я знаю, здесь с этим бизнесом проще, чем у нас.

Я не думал об этом. Вот, ещё одно оправдание происходящего в копилку, «всё будет хорошо», если бы я знал тогда, в тот день, но тогда мне было хорошо. Даже слишком. Я разоткровенничался в какой-то момент о том, что думал, никому никогда говорить не буду.

– Когда я учился в школе, у нас был, конечно, эталон, этакого успешного паренька. Мы прозвали его «принц», подкрепляя очень негативной интонацией. Думаю, везде есть такие.