Без чувств, без эмоций, выжить

От прогулки мы отказались, но попросили подсказать, где же нам отведать знаменитого венского шницеля.

– Где, где? – Помялась дамочка с рыжей кудрявой копной, явно крашенной чем-то вроде хны. – У Азика всё вкусно. Идите прямо до вот того дома. – Указала она узловатым пальцем. – Там повернёте налево и пройдёте, один, два, три дома. Направо и чуть-чуть прямо. Там кафе. Как же оно называется. Как же… – Запамятовала дама. – Не помню. Там синяя штука над витриной. Вот, увидите справа бар Кактус. Посмотрите, вот тут Кактус, а вот здесь его ресторан.

Она показывала жестами, больше говоря «так» и «вот, так».

– Может, всё же на прогулку по Дунаю, – подмигнула она.

Мы откланялись, оправдавшись желанием съесть вкусный шницель у Азика. Пообещав, подумать над прогулкой по Дунаю, и на этом откланялись.

Кафе оказалось явно неавстрийским. Не знаем кто же это Азик или Айзик, но ресторан был не рестораном, а бистро, в ожидании мы озирались по столам и блюда у посетителей пестрели ароматами и красками специй.

– Шницель здесь будет не венский, а скорее всего, делийский.

Мы обсудили теорию того, что если индус живёт, например, в Австрии, то шницель может быть из говядины? Ответа мы не нашли, зато сидели в ожидании меню минут тридцать, пока листали меню, надышались специями и резюмировав, бабуля отомстила за отказ от теплохода. Шницеля в меню не было. Были креветки, были ризотто, была паста и какие-то супы, но вот шницеля не было. Я бы заказал что-нибудь наугад, но моя строптивая спутница, сдёрнув меня со стула, уволокла на улицу.

– Шницель есть! – Кивнула Маша и почти заволокла меня вовнутрь. Я уже готов был привычно пойти в Макдональдс и воспользоваться се?нсорным табло решить вопрос со своим обедом.

Обсудив что-то непонятными мне звуками, она усадила меня за стол возле окна, закинув сумку на подоконник, она вооружилась меню, переводя по пунктам.

– Кстати, он сказал, что у него шницель настоящий, потому что ещё его дед держал здесь ресторан.

Когда мы попытались заказать Апероль, бармен возмутился:

– Он говорит, что есть шницель под Апероль это преступление, только пиво! – перевела Маша, но что-то спросила про вино. – Вино можно, но у него лучшее пиво, утверждает он. – Она спросила что-то ещё. – Он владелец этого кафе, и это не бар.