Без чувств, без эмоций, выжить

– Маша, можно сделать тебе предложение? – Попытался выдавить залихватское настроение, чуть опережая собеседницу. Или выражусь чуть искреннее, я пытался быть «мега-мачо». Она потупила взгляд, чуть вскинув брови, этакое «это ещё что за…» – Оно дерзкое, но приличное. – Откуда у меня возникали эти слова. Во всём виноват Чехов? Прочитал вчера два рассказа из оставленной кем-то книге в холле.

– Какое, ещё? – её слова оборвались в странной последовательности. Она недоговорила, само существительное словно оно обжигало горло.

Сработало.

– Очень и очень важное для меня событие, но боюсь быть непонятным или отвергнутым.

Она втянула шею в плечи и ещё чуть ускорила шаг.

– Я давно уже думаю об этом, очень… – Во мне вспыхнул азарт, я понимал, что на верном пути. – Но, я понимаю. Скорее всего, ты не захочешь.

Она закурила.

Осознаю, сейчас могу передавить, и шутка не выстрелит, как пружина, которую слишком сжали, и она сломалась.

– С самого первого дня, когда я увидел это.

 – Я полез в рюкзак остановившись, собеседница нехотя застыла в ожидании, поглядывая косясь на мои движения. – Вот, – вынул брошюру – путеводитель по Вене. – С первого дня я хочу сюда. Парк аттракционов.

Ткнул пальцем в рекламу изображающее колесо обозрения с дощатыми вагонами вместо привычных круглых капсул с сидениями.

Она заулыбалась, словно ей сообщили. «Вашу ногу мы ампутировать не будем, всё прошло».

– Ну, серьёзно. Пошли! Одному, мне будет невесело.

– Что это? – Улыбалась всегда столь серьёзная брюнетка и оказалось у неё очень милая улыбка и шикарные белые зубы, несмотря на то что она много курит.

– Парк аттракционов! – Выпалил я гордо. – Здесь написано, что он лучший в Европе. Вот!

– Ты серьёзно? – И она рассмеялась, запрокинув голову вверх рассмеявшись.

Шутка сработала, она не припиралась, не протестовала и не пыталась отказаться. Плечом к плечу мы стояли посреди тротуара, исследуя карту, пытаясь понять, где мы в данный момент, пока зловредна седая старушка с кудрями, злобно не затрезвонила в мерзкий вело звоночек, давая понять, это велодорожка и объезжать она не планирует.

Этот обозлённый белый одуванчик на красном велосипеде добил пошатнувшуюся стену, которую обычно Мария возводила почти до облаков.

Кстати, мы слышали, как старушка продолжает воспитывать пешеходов эдак ещё раза три, пока не свернули в переулок.