Без чувств, без эмоций, выжить

– Что ж, будем вместо семенной жидкости использовать миндальный сироп, можно, конечно, ещё для разнообразия кокосовый попробовать. – Монотонно, но с толикой сарказма, как только он умел, изрёк Стен сев на кресло и как, обычно закинул ногу на ногу. А тот, что с бородавками засмеялся, уханьем филина.

– Нет, конечно. Ты прав. – Родион полистал что-то в телефоне.

– Что тогда делать? Сделать перерыв? Сценария нет, идей нет. Одно лишь изнасилование. – Стен протянул ему наш график. – Кому это нужно? Может, только ему, – кивнул он куда-то в сторону.

Все молчали, гулко, долго, минут пять, а может, десять, казалось, что вечность.

– Давай как-нибудь без выходных. – Олег перехватил протянутые листы. – Придумай что-нибудь, пожалуйста! Я прошу тебя! Ты же директор, этой богадельни.

– Ну, я действительно директор, но не богадельни, а порностудии. Придумывать не моя задача.

– Мы договоримся. – Кивнул серб и сдвинулся в сторону Стена, оставшись сидеть лишь на краешке дивана.

– Поддерживаю. О деньгах не думай. – Родион скрестил руки, и мы все смотрели как они с минуту, а то и две смотрят друг другу в глаза.

Собрание завершилось. Двое ушли, серб остался, почти прижав Стена, шепча что-то на ухо, долго не мог оторваться. Мы всё понимали, что директор одержал триумфальную победу. Режиссёр уже сидел на кухне и бухал. Мы же сидели на веранде притихшие, в ожидании, а на следующий день началась новая эпоха, которую мы назвали «ванильные будни».

На следующий день съёмок не было, зато в студии устроили внеплановый клининг день, а нас вывезли на двух минивэнах в клинику, проверить на всякий случай. Думаю, Стен просто тянул время, чтобы перестроить события и работу, написать сценарии собственного сочинения.

К слову, австрийская клиника мне понравилась, чистота скрипела под пальцами и когда я проговорил об этом вслух, рыжая хмыкнул, что и в России коммерческие клиники не хуже, только ценник там ужасающе скрипит количеством нулей.

– Надеюсь, стоимость этих процедур не вычтут из наших гонораров. – Ухмыльнулась она, а внутри всё обдало холодом ещё одной утраченной зарплаты, если это окажется правдой.

«Венский штрудель, изменивший мечты»

Вечер мы провели в городе, все разбрелись по городу, на внеплановый увольнительный, словно в армии. Гулять по городу не хотелось, слишком уж помятым было настроение.