Царство Тьмы

 – Наконец, мы достигли своих берегов и принесли тебе в дар…

–Добрые ли вести ты привёз нам? – Перебил он говорившего, хрипловатый голос Чёрного Ворона неприятно поколебал не только слух, но и воздух, что взрыхлялся витиевато кверху, казалось, сама природа омрачалась его присутствием, но ведь кто-то должен понести и это бремя ужасов.

Что-то отталкивающее было во всём облике царственной персоны, и эта невидимая сила неприязни витала возле него постоянно и оскверняла всякие намерения во всех и во всём.

Рыжие волосы и рыжая бородка делали лицо зловредным, а длинный орлиный нос совершенно не гармонировал ни с одним членом худощавого тела. Огромные рыжие глаза смотрели пытливо, недоверчиво, проницая насквозь не только сердце, а и душу, и даже то, что вне души, то, что напитывает её основу.

–Очень добрые, повелитель… Позволь мне высказать историю этого путешествия, которым облеклись наши души… Вняв её позывные, ты примешь на себя весьма радостные и добрые чувства.

 – Хитрый Лис говорил с царём, но слушали его все.

Смелый Волк почему-то не обратил никакого внимания на царя, его заинтересовал статный мальчуган, который с невероятно великим презрением, ехидной улыбкой взирал на Хитрого Лиса и на Красного Тигра.

Когда этот дерзкий взгляд пал на сына Красного Быка, то юноше почудилось, что ранее он видел эти бесподобно-синие глаза, сверкавшие так болезненно в этом светящемся утре проснувшегося дня, но тут же отогнал прочь от себя мысль раздумий.

Нечто притягивало мужа к мальчику с золотой россыпью волос, струившихся по крепким плечам. Одет он – в голубую рубаху и атласные тёмно-синие штаны, заправленные в сафьяновые сапожки. За широким поясом – дорогой кинжал, с которым никогда не расставался, а на безымянном пальце левой руки перстень с большим бриллиантом.

Смелый Волк сразу же почувствовал, что в этом спесивом, надменном, заносчивом парнишке он обрёл недоброжелателя, может быть даже и врага, только никак не понимал – почему? Почему такое непреодолимое злонравие кружилось в воздухе.

Хитрый Лис говорил увлечённо, пытаясь повлиять на ход событий. Говорил с богатством своего явного красноречия, надеясь зажечь пламя истинного вдохновения. Но совсем не хвалил себя, а только одного Смелого Волка.

–И да будет тебе известно, о, всемогущий владыка, что ему, отважному воину, предстоящему ныне здесь, у твоих ног, я обязан жизнью.