Девятый дом

Он немного освещал ступеньки, но завеса пыли, летающей в воздухе и пронзаемой, как софитом, светом лампочки, вселяла ощущение потери ориентации в пространстве и желания поскорее преодолеть эту лестницу и найти выход.

Монг шел медленно, ощупывая ступеньки сперва носком ботинка, и только убедившись в их надежности, ставил стопу полностью. Одну руку он держал перед собой на уровне глаз на случай, если не заметит во мраке выступ или какую-нибудь балку. Несмотря на вынужденную медлительность передвижения, Монг все же постарался как можно скорее преодолеть эти неприятные два пролета и вскоре оказался у двери на восьмой этаж.

Восьмой этаж оказался абсолютно таким же, как девятый. Такое же расположение квартир на этаже, такой же бетонный пол с ковриками у дверей, такие же ярко-розовые стены. Кому пришла идея выкрасить стены в розовый? В розовых тонах обычно обустраивают комнаты новорожденных девочек. Стены общих коридоров многоквартирных домов обычно красят в нейтральный бежевый или бледно-зеленый.

Но почему розовый? Чтобы при выходе из дома у людей поднималось настроение и новый день грел надеждой на что-то хорошее и начинался взглядом через розовые очки?

Вряд ли кто-то преследовал такие гуманные цели. Скорее всего, производители выпустили слишком большой объем розовой краски, и, не просчитав заранее спрос, были вынуждены реализовывать ее по низкой цене. Эта низкая цена помогла им выиграть тендер на поставку краски ряду ЖКС, у которых основным требованием является минимально возможная цена.

В силу стечения целого ряда обстоятельств несколько сотен домов в городе были успешно и на радость жильцам выкрашены изнутри в розовый.

На восьмом этаже 118-й квартиры тоже не оказалось. Здесь располагались квартиры с номерами 54, 110, 184, 112, 113 и 114.

«Очень странный порядок, – подумал Монг, – на месте 111-й

184-я, а 54-я вообще неясно, как здесь оказалась. А где же моя квартира?»

Монг начал суетиться и бегать из стороны в сторону, разглядывая номера квартир и каждый раз надеясь увидеть там свой номер.

Но номера 118 нигде не было.

– Я хочу домой, – заныл где-то в глубине сознания маленький Монреаль, – где мой дом? – У Монга началась паника, лоб покрылся испариной, в горле пересохло так, что ему трудно было сглотнуть слюну. – Где моя квартира?

У него закружилась голова, этаж поплыл, и он, обессилев, сел на пол. Закрыв лицо ладонями и просидев так несколько минут, постепенно начал приходить в себя.