Бирюкова. Дело о сЛОМанных людях

Судя по бурному обсуждению и активной жестикуляции, случилось что-то действительно из ряда вон.

Между Анной Прохоровной и сельчанами оставалось ещё не меньше десятка шагов, когда Елизавета Говорова взволнованно, почти крича, спросила:

– Нюр, ты Манюню не видала?

– Не, бабы, не видала. А што случилось-то?

– Шо-шо. Манюня пропала. Петровна уж с ног сбилась её искать. Ну а мы ей в подмогу.

– Дык как она могла пропасть-то? – никак не могла взять в толк Анна Прохоровна. – Она детка вроде послушная, со двора без спроса ни ногой…

– Да знаем мы! – перебила Елизавета Ивановна.

– Так, бабы, погодите, а где её видели последний раз? – начала соображать Ломова.

– Так Петька, водитель наш на аутобусе…

– Да не Нинку!

– Аа, Маньку-то. Манька Нинку провожала до дороги, а Петровна что-то стряпала – не вышла. А когда хватилася, по улице пацанята мимо проходили. Мухинский да Орловых.

– А их спрашивали?

– Нет. Или да? – допытывалась Елизавета Ивановна.

– Дык спросить надо! – Анна Прохоровна развела руки, делая тем самым знак идти обратно.

Почти всю дорогу молчали, изредка переговариваясь шёпотом на сторонние темы. Подойдя к нужным домам, решили для экономии времени разделиться: часть с Анной Прохоровной отправились к Мухиным, остальные с Елизаветой Ивановной – к Орловым.

Оба пацана оказались дома – пережидали самую духоту. И оба перетрухнули при виде толпы взрослых.

Орлов, поняв, что от него хотят, рассказал, что Манюня, когда они с Игорем шли по улице, промчалась мимо них на ржаное поле. Увидев, что взрослые ему верят, он расслабился и к концу своего рассказа обнаглел настолько, что даже позволил себе отпустить крепкое словцо в адрес девочки. Однако лёгкий подзатыльник от тёть Лизы вернул его с небес на землю.

Мухин же дрожал как осиновый лист, но сообщил то же, что и друг, только путался, кто в каком направлении шёл. Однако оба, не сговариваясь, промолчали, что задирали девчонку.

Минут через десять, с разницей в пару минут, бабы вернулись на дорогу.

– Так, бабоньки, рожь у нас нынче где посажена? – утирая платком пот со лба, спросила Елизавета Ивановна.

– Как где? – опередила всех Матвевна. – На выезде из деревни. За Полевой.

– Тогда опять надобно разделиться, – кивнула Матвевне Анна Прохоровна. – Матвевна, Тимофевна, бегите, собирайте всех для подмоги – поле-то немаленькое. А мы начнём.