Бирюкова. Дело о сЛОМанных людях

Через мгновение оттуда так же резво выскочили две молодые медсестры.

– Совсем плохая… С сердцем плохо… На свет не реагирует… – доносилось до Натальи Николаевны. Она приостановилась, не доходя до здания пары десятков шагов, не мешая – давая врачам делать своё дело.

Когда каталка скрылась в корпусе терапевтического отделения, а скорая помощь, круто развернувшись, покатилась на очередной вызов, следователь, выждав несколько минут, толкнула входную дверь. В нос шибанул запах, присущий только больницам. Клятая тошнота не замедлила напомнить о себе, но уже не так выраженно.

– Девушка, куда это вы?!

– Эм… м-м… – промычав что-то бессвязное, Наталья Николаевна обернулась.

– Куда-куда?

– Бирюкова Наталья Николаевна, следователь, – наконец она взяла себя в руки. А медработница беззвучно ахнула и всплеснула руками. – Ваша санитарка, Ломова Татьяна Ивановна, убита в ночь на двенадцатое июля. Мне необходимо опросить всех, кто работал с ней в день убийства.

– Танька? Ломова? – женщина тупо смотрела на следователя.

– Да. Так что, как мне их найти?

– Да кому она сдалась-то?.. Хотя она та ещё вертихвостка. Была.

Женщина перекрестилась, а следователь терпеливо ждала, когда та немного осмыслит услышанное.

– Значится, вам нужны все, кто работал одиннадцатого…

– Нинель, – уставшим голосом обратилась к собеседнице Натальи Николаевны вышедшая из-за угла врач. – Приберись в шестой палате, будь друг.

– Хорошо, Надежда Игнатьевна, – Нинель подхватила из комнатки ведро и швабру и напоследок обратилась к Бирюковой: – Вон Надежда Игнатьевна вам подможет.

– Чем помогу? – казалось, врач только сейчас заметила следователя.

Наталья Николаевна объяснила причину своего прихода и Надежде Игнатьевне.

– Да все вроде и на месте, – задумалась Надежда Игнатьевна. – Да, все. Поэтому прям сейчас можно начать разговор. Мой кабинет подойдёт?

Женщина открыла дверь и жестом пригласила следователя войти.

– Да, вполне, спасибо, – та обвела кабинет глазами.

– Ну и отлично. А отсутствие Таньки в эти два дня меня не удивило, – врач устало села на стул. – Она часто уходила в загул, причём не только по пьянке. А потом возвращалась как ни в чём не бывало. По первости я старалась закрывать на это глаза, потому что… Потому что несчастная она. Как баба. Была.

Следователь вопросительно посмотрела на Надежду Игнатьевну.