Месть Черной Вдовы

Почему племянница короля была вынуждена прозябать в служанках? Потому что, хотя и отличалась незаурядным интеллектом (как и все, рожденные в королевской семье), по-женски она была дура-дурой. Она влюбилась в молодого Принца Айкона еще будучи девчонкой и решила добиваться его внимания сама, своими усилиями. Вбила себе в голову, что находясь рядом, она сможет его рано или поздно покорить своей красотой. Устроила грандиозный скандал родным, которые пытались её образумить и предлагали даже ей организовать официальные смотрины.

Прошло уже пять лет, как она назло всем уехала из родной Дормии и устроилась на работу служанкой во дворец правителя Техносферы, а Принц так и не замечал её. Он понятия не имел, что пыль в его комнате вытирает племянница короля.

– Привет, братишка. Как поживаешь? – от её белоснежной улыбки словно повеяло мятной прохладой. – А вы, наверное, Виланд? Давно я наслышана о вашей верной дружбе.

– Виланд. Приятно познакомиться. А где ваш багаж? – спросил молодой мужчина, кивая головой, словно очумевшая лошадь, пытаясь освободиться от наваждения. Он растерянно моргал и глядел в бездонную синь её прекрасных глаз. Ох, лучше бы он не погружался в них так смело и безрассудно.

– Ну и где же ваш багаж? – повторил он.

«Ну и где же ты была последние пять лет?» – пронеслось при этом в его голове. – «Ну, все, мне Хана… Так вот ты какая, сука, Хана… Мирабель… А как же Мирабель?»

Через полчаса совместных поисков и суетливых прыжков среди ускользающих багажных линий, были благополучно обнаружены восемь увесистых чемоданов с одеждой, обувью и косметикой и тяжеленный сундук из золотистой кожи, набитый древними книгами.

Взмокший с головы до пят, обалдевший от неземной красоты, Виланд вызвал ветротакси, и троица наконец-то двинулась в сторону королевского дворца Дормии сквозь знойный ад наступающего дня.

Глава 6.

Тимур стоял у окна съёмной квартиры в самом сердце Петербурга и смотрел сквозь мутное стекло на тёмные воды канала Грибоедова. Неспешно пил минеральную воду с лимоном, задумчиво наблюдал, как холодные питерские звёзды отражаются в тусклой воде.

Его мучил Голод. Почти физическая боль, от которой не могли спасти ни пицца с доставкой на дом, ни душистые хачапури из соседнего грузинского ресторана, ни знаменитые сибирские пельмени из холодильника.