Почти ангел

Кажется, что никого нет, все разошлись, но дыхание ветерком долетает до сцены. Тепло от людских сердец, согретых мелодией и голосом, тягучей магмой разливается по телу. Я почти достигаю апофеоза! Струны горят от мощных финальных аккордов. Всё! Аккуратно опускаю крышку, встаю из-за рояля. Голова немного кружится, стараюсь не смотреть в зал – страшно. У меня получилось, Боже!

Дарю в зал улыбку и поклон, и прекрасные кустовые розы летят прямо в руки. Я ловлю их. Это веселит меня. Чуть ли не бегом исчезаю прочь со сцены за кулисы, дрожа от эмоций.

Сны, как обрывки прошлой жизни, помогают собирать пазл моей личности. У меня есть хранитель? И где же он сейчас? “Хранитель, где ты? Я прошу о помощи”. Тишина в ответ. Сумерки окутывают пространство, и я пробую снова заснуть.

– Александр, Ты в порядке?

Тело дрожит, я пытаюсь отмахнуться от назойливого типа. Какое-то темное расплывчатое пятно тормошит меня, вызывая тошноту и протягивая ко мне свои длинные черные ветки.

Я не поддаюсь, не могу даже пошевелиться.

– Ладно. Я отправлю Тебя в безопасное место, слышишь?

Щелчок.

– Александр? Александр. Убийца. – бесшумно повторяют губы. Вновь щелчок – и низ живота горит, а потом еще и еще щелчки, обжигающие как острый перец. В голову тонкой струйкой вливается раскаленное масло, и, ощущая приятную невесомость, я поднимаюсь вверх, лечу вдаль. Тишина и покой, почти эйфория. Падаю вниз, тону в чем-то мягком и влажном, приятном и охлаждающем.

…Противный писк раздражает меня все сильнее, я сопротивляюсь ему, но борьба не длится долго – уставший думать, видеть, жить, сдаюсь, и в этом низкочастотном звуке тонет мое сознание.

Весь мокрый я вскакиваю с постели. Этот кошмарный сон дал мне знания о том, почему под Новый год я оказался выкинутым на улицу в снег. До сих пор ощущаю на теле обжигающие раны. Иду выпить воды и наблюдаю, как друг пытается сдвинуть куда-нибудь громоздкий инструмент.

– Стой! Не надо с ним так. – я встаю на защиту рояля. – Я буду на нем играть, не убирай.

– Эй, да он мешает здесь. Ни пройти, ни проехать. И вообще, неужели ты умеешь играть?

– Да, я вспомнил кое-что. – я даже немного смущен. – Мне кажется, что я раньше был музыкантом.

– Ого! Давай подумаем тогда, куда его можно переместить. Вдвоем приподнимем его.