Связанные одной смертью

Но сердце все равно сдавило в тисках ужаса.

Стоило бинтам соскользнуть, как по коже затылка скользнул прохладный воздух и пальцы мага стали ощупывать мою лысину.

Лысину!

Эти фашисты в белых халатах оставили лишь пару клочков волос на макушке. Остальное было девственно гладким! В голове промелькнул образ дешевой куклы Барби, у которой в целях экономии волосы располагались только на макушке и висках.

– Заживление идет хорошо, раны уже нет. Только шишка осталась, но полагаю, и она скоро рассосется, – прокомментировал старик.

– Катерина, тебе больно? – заметив навернувшиеся на мои глаза слезы, обеспокоенно поинтересовался Суртэн.

– Нет, – сдавленно ответила я, и голос предательски сорвался. – Я в ужасе.

– Что? – Маг отступил на шаг и внимательно посмотрел на меня, ожидая пояснений.

Я же, не размениваясь на слова, потрогала свою многострадальную голову. И не смогла сдержать горестный всхлип.

– Не переживайте, Катерина. Это не страшно, – заверил маг.

– Я бы не был в этом так уверен, Кунып, – усмехнулся Сур.

– Не смешно! – обиженно простонала я и еле сдержалась, чтобы не кинуть в духовного родственничка чем-нибудь тяжелым.

– Суртэн, прекрати доводить девушку! – строго проговорил старый зельевар и обратился ко мне: – Я предвидел вашу реакцию на пострадавшую красоту. И у меня есть зелье, которое позволит восстановить волосы за несколько дней.

Приободрив меня, Кунып достал из кармана еще один бутылек с белой густой жидкостью, похожей на шампунь.

– Это концентрат, – начал разъяснять маг. – Пару капель разбавите в небольшом количестве воды и смочите кожу головы. Процедуру можно будет повторить на следующий день, чтобы достичь необходимой длины и густоты.

Ухватившись за спасительное зелье, я, дрожа от нетерпения, спросила:

– У вас ванная есть?

– Для начала проверим, как ты стоишь и ходишь, – заявил Сур.

Предложение наемника не противоречило моим основным целям, и я поспешила вскочить с кровати.

Неосторожное движение – и моментально вернулись недомогания. Они заняли все внимание, и факт, что на мне лишь застиранная больничная сорочка, остался где-то на заднем плане. Мышцы отозвались тупой тянущей болью, а ступни пронзил миллион иголок. Я неловко покачнулась, норовя рухнуть на пол, но Суртэн успел меня поддержать.

– Стоять, – приказал брат и потянул меня за собой, вынуждая преодолеть еще несколько метров.

«Я должна дойти до ванной.