Рапсодия моей мечты

 – Ха-ха-ха! Жирная Соловьева поет про соловья! Ха-ха-ха! САЛО-вей! Песня про сало!..

– Смирнов, как тебе не стыдно! – голос учительнице потонул в гоготе всего класса. – Что вы творите, ребята?..

– Сало! – кричали отовсюду, – Сало! Сало – вей!..

Катя затравленно оглядывалась по сторонам. В какой-то момент ее взгляд упал на Ларису Васильевну, и девушка с ужасом увидела, что учительница… улыбается. Не ожидавшая такого предательства Катя разрыдалась и выскочила из класса, еще не подозревая, что с этого дня ее жизнь в школе превратится в ад.

Сначала пятиклашки, а потом и почти каждый в школе считал своим долгом при встрече попросить Катю спеть песню «про сало», а прозвище «Саловей» приклеилось к ней намертво на все оставшиеся годы обучения.

«Ничего, – говорила себе девушка, – ничего! Еще несколько лет, и все закончится! После выпускного я вас больше не увижу! Я уеду в Москву и поступлю в музыкальное училище!» Она не собиралась сдаваться. Единственное, что она решила раз и навсегда – больше не петь в школе.

Катя часами играла упражнения и произведения, оттачивая их до совершенства и получая заслуженные похвалы от Майи Моисеевны.

Конечно, мама удивлялась и довольно долго допытывалась у дочки, что же такое произошло – мечтала-мечтала певицей быть, и вдруг – как отрезало.

– Мамочка, ну ты же понимаешь, что, если я буду кидаться в разные стороны, то толком ничего не добьюсь.

Объяснение выглядело не слишком убедительно, однако, больше ничего добиться от Кати было невозможно – она молчала как партизан. К тому же, в школе, где работала Марина Николаевна, наконец-то появился хор и даже вокальный ансамбль из голосистых ребят, и она все силы и время тратила на занятия с ними – разбираться с проблемами дочери возможности особой не было.

К одиннадцатому классу страсти немного утихли.

Димка Николаев, симпатичный невысокий мальчик, который перешел в их класс в этом году, как-то сразу почувствовал симпатию к Кате. Он попросил разрешения сидеть с ней за одной партой и чуть ли не единственный из всего класса общался с ней доброжелательно.