Холодная сварка, или Ближе, чем секс

Наоборот, у нас даже в аналитическом отделе мужчин чуть ли не на треть больше, а уж среди оперативников традиционное один к семи никто не отменял, там на каждую белоснежку по семь гномов в камуфляже. То есть, не гномов, конечно же, богатырей, если учитывать традиции национальной специфики. Все красавцы, все истинные мачо и круче варёных яиц, все тестостероном так и пышут. При таком раскладе любая царевной расцветёт, донельзя привлекательной и чертовски сексуальной. Как тут себя не побаловать – так, по мелочи, ничего серьёзного.

Я всегда очень четко разделяла семью и службу, никогда не брала работу на дом, и мелкие рабочие развлечения тоже оставляла исключительно для внутрислужебного пользования, не вынося за порог. Мой же благоневерный подобной щепетильностью не заморачивался, и очень часто, придя с работы, я обнаруживала чужое кружевное бельё в нашей стиралке, следы губной помады не моего оттенка на наволочке или же повисшие на люстре колготки. Помню, эти кроваво-красные драные колготки в ажурную розочку меня особенно зацепили.

Сейчас, по прошествии времени, я не могу исключить, что все эти эскапады свидетельствовали вовсе не о запредельной наглости и совершеннейшем раздолбайстве моего теперь уже окончательно бывшего, а в те дни вполне ещё настоящего. Возможно, с его стороны это был жест отчаянья. Попытка вызвать интерес – хотя бы через ревность. Может быть, он тоже не хотел рушить наш брак, пусть и не самый лучший, но привычный, может быть, он просто стремился меня спровоцировать на скандал, вызвать приступ ярости, даже драку с бурной истерикой и не менее бурным примирением в постели… Тем более, что с его первой они частенько такое практиковали, помнится, на заре наших отношений он сам рассказывал чуть ли не с ностальгической грустинкой в голосе.

Как бы там ни было, добился он прямо противоположного – я стала всё больше задерживаться на работе, часто даже ночевала на знакомом диванчике в приемной. Одна, не подумайте. А потом, чтобы как-то заполнить вдруг образовавшуюся пустоту, вообще сменила кабинетную работу на оперативную.

Оперативная – это только так называется, а по сути те же бумажки, не опаснее, чем улицу перейти. Шеф говорил, что в автокатастрофах ежегодно гибнет народу в тысячу раз больше, приводил статистику (как накаркал с этой статистикой, и чего он тогда именно автоаварии в качестве примера привёл? поневоле задумаешься задним-то числом). Я кивала, делая вид, что поверила, а сама надеялась на приключения.