Трофей для Рейдера

Во всем теле была противная слабость, незнакомая прежде, как будто тело восстало против издевательств подобной психосоматикой. Мне это совсем не понравилось.

Мама наготовила гору блинчиков. Раньше я скрупулезно считала углеводы и калории, но сейчас набросилась на еду с жадностью. Отец следил за мной, нахмурив брови.

– Влада, нам нужно серьёзно поговорить. Что это за работа, где задерживаешься допоздна?

Блинчик застрял в горле. Я отложила вилку, чувствуя, как внутри закипает ярость и обида.

– Тебе же лучше знать.

Сам рассказывал, как там хорошо и как меня ждут.

– Влада, не уходи от ответа!

– А тебе не понравится мой ответ, папа! И учти, я увольняюсь. В понедельник отнесу заявление и больше ноги моей в этом корпоративном аду не будет! Тебе нравится, что на меня сваливают всю работу? Что заставляют сидеть до ночи, потому что, якобы, может быть важный звонок, который так ни разу не прозвучал? Тебе нравится, что директор не стесняется крыть меня матом?

Мама охнула, выронив шумовку из рук. Повисла тишина.

Отец с непроницаемым лицом переваривал все, что я ему выдала. А затем…

– Значит, ты плохо делаешь свою работу, если тебя кроют матом! Я, когда пришёл на завод, знаешь ли, тоже много чего слышал. И смены пахал за двоих, иногда задерживайся…

– Спасибо, папа, ты меня офигеть как поддержал! В трусы тебе бригадир не лез случайно, нет?

– Прекрати говорить со мной в таком тоне! Принцесса нашлась! Ты думала, будешь пить кофе и пилить ногти?

– Владочка, что же это делается… – запричитала мама.

 – К тебе бригадир приставал?

– В чем ты была одета, Влада? – строго переспросил отец. – Если ты перепутала свой клуб и приличную работу, не стоило ожидать ничего другого. Запомни, на работе нет места любовным делам, и если я узнаю…

– Да пошли вы все! Я что, приемная, что вы так меня ненавидите оба? Съеду к черту, и вы никогда больше не будете лезть в мою жизнь!

Отец кричал вслед, что в его молодые годы такого отродясь не бывало, что мне нужен стаж в трудовую, что надо работать, а не глазки строить, а потом и вовсе – что воспитали монстра в юбке, и сын бы их так не разочаровал.

Я закрылась в спальне и впервые за долгое время дала волю слезам. Вот и накрылась медным тазом моя тихая гавань, стены родного дома. Надеюсь, сбережений хватит на оплату первого и крайнего месяца аренды квартиры в центре. А в клубе я заработаю на дальнейшее проживание.  И неплохо бы позвать с собой Аллу, все же вдвоём веселее и бюджетнее.

Еле дотерпела до вечера.