Отец моего жениха

Отодвигаю пустую тарелку и приступаю к творожному десерту – Илья все хвастал, что этот рецепт эксклюзивно из Швейцарии привез. И правда, неплохо.

– Что, простите? – возмущенно шипит девчонка. – Я совершенно не обязана отвечать на подобные вопросы, тем более такие личные и интимные!

Я с нарочитой насмешкой смотрю, как ее лицо покрывается красными пятнами, и промакиваю губы салфеткой. Плохо держит удар, плохо. Думаю, уже через неделю со спокойной душой вернусь в Лондон.

– Поговорим как взрослые люди, Юля, – перехожу на деловой тон, потому что от этого детского пинг-понга меня воротит.

 – Первое, я против вашей свадьбы. Второе, затею случайно, – рисую в воздухе кавычки, – забеременеть можешь оставить, потому что от моих денег тебе ни рубля не достанется.

– Мне не нужны Ваши деньги, Сергей Георгиевич, – заносчиво бросает нахалка. – У меня есть свои планы на жизнь, среди которых числится карьера. И да, мы предохраняемся, – тут она начинает сладко улыбаться, да так, что я чувствую редкий прилив раздражения.

 – Мы с Димой не настолько легкомысленны, чтобы заводить детей, когда нам едва исполнилось восемнадцать. Ой, – фальшиво прикрывает рот рукой, – я имею в виду двадцать один.

Я на секунду дар речи теряю. Вот это стерва. Она же меня подначивает.

Ее слово оказывается последним, потому что за стол возвращается улыбающийся Дима. И словно этой маленькой победы стерве Юле было мало, она демонстративно обвивает тонкими руками шею сына, и они на моих глазах начинают целоваться.

Явно с языком. Все-таки недооценил я ее. Завтра же займусь этой дрянью вплотную.

3

Юля

– Кажется, ты понравилась папе, – весело говорит Дима, когда мы оказываемся в спасительном уединении нашей спальни, куда не могут добраться синие рентген-лучи Молотова-старшего. У меня от его взгляда подмышки потеют, а ведь не потели сроду.

– Ты шутишь, что ли, Дим? Твой отец возненавидел меня заочно.

– Ничего такого не заметил, – хмыкает мой жених, эффектно стягивая с себя футболку.

Ням, конфетка. Все-таки недаром по нему половина нашего универа сохнет. – Вы вроде мило болтали.

Угу. Задержись Дима со своим телефонным разговором еще минуты на три, Мистер Олигарх принялся бы меня душить.

Стаскиваю с себя платье в сопровождении заинтересованного взгляда Димки и, швырнув его на пол, усталым мешком валюсь на кровать. Встреча с лондонским воротилой выжала из меня все соки. И ведь я ровным счетом ни в чем перед ним не провинилась.