Морегрина: Бежать. Потерять. Погибнуть. Возродиться

– Она передала вам ключ, – утвердительно кивает головой бородач: – Очень торопилась, но оставила вам его у меня, до вечера.

Блестящий, серый. Его приятная прохлада в моей ладони. Вот он, ключ, который открывает пусть не все двери, но самую важную для меня на сегодня. Почти пританцовывая, возвращаюсь за столик к своей новой знакомой и показываю ей свой клад.

– Ключ! – мягко сложив губы, она едва слышно присвистывает: – Да ты везучая!

– Я так вам благодарна. Если бы вы мне не подсказали, я бы уже покупала билет обратно.

– Ну, для начала всё-таки скажи, как тебя зовут?

– Морегрина, – отвечаю, не замешкавшись ни на секунду. Это имя, определённо, приносит мне удачу!

– Отличное имя, – говорит Мокки, хитро подмигивая: – Что ж, Морегрина, будем знакомы. Пошли на улицу, хочу покурить, да и, честно, здесь мне уже порядком надоело.

Глава 5. Слава

– Здесь работы ещё на полгода. А ты хочешь за три месяца. Командир, это ж очуметь можно! Ты хоть и правильно денег даёшь, но у нас тут, на юге, так быстро не работают.

От воспоминаний о деде и мыслей о доме отвлекает назойливый, с характерным южным цоканьем, голос Михалыча. Смешной ушлый прораб с телосложением кузнечика и портфелем в руке – местная легенда.

– А мне до этого что? Слушай, Михалыч, четыре месяца копаемся. Уже конец мая. Самые сложные работы проделаны, так что давай не рассказывай мне! – пытаюсь приструнить работягу: – В конце лета хочу заехать.

– Командир, ну, гнать волну не будем…Можно прикинуть, – цокает он: – Только вот доплачивать придётся.

Беспокойный и суетливый прораб бросает быстрый взгляд на свою сумку. Зачем ему портфель, одному строительному богу известно. За всё время, пока мы с ним общаемся, он ни разу его не открыл и не достал оттуда ни одного документа. Но всегда и везде ходит с ним в обнимку.

– Да у тебя от денег уже кошелёк распух, – решаю глупо пошутить и показываю на его потрёпанный портфель, который вот-вот лопнет то ли от важности, то ли от объемного содержимого.

Спрыгиваю с опалубки и натыкаюсь на немой вопрос в глазах.

– Да расслабься! – меня разбирает смех от его глупого вида: – Пошутил я насчёт твоего чемодана. Уж не знаю, что ты там такое драгоценное носишь, что из рук не выпускаешь.

По бегающим глазам вижу – прораб нервничает.